|
Квадратов
камнепадову гляди у входа в кабинет где равиоли под призором где абиссинским вольтижором визжит и прячется сосед там меж беспечными гостями коала плюшевый эрот стальной полночный небосвод скребет волшебными когтями Бдолах (К.Л.) О, доктор Боткин! С огромным бубном из черепахи. Не просит водки — Мечтает выйти в твоей папахе, В цветах и пчелах. Великим — каждый вечер праздник. В кармане бдолах. Да ночью холодно и блазнит Сирень Дети, дети, скачут тени В серой заросли сирени, Там сиреневый фантом Бьет сиреневым хвостом, Водит круглыми глазами, Понукаемый низами. Очень страшно рвать сирень, Вот такая хрень. * * * В отрыв от лета уходя, Завхоз осеннего дождя Везет воды четыре бака, Его служебная собака Сидит в тележке тыловой, Толкает дверку — из-за дверки Летят стальные водомерки, Скользят по зыбкой мостовой, Переливаются, ярятся, Пугают солнечного зайца, А тот, в тени липучих слив, Лежит — бесстрашен и ленив. Шар Ма шер, ты помнишь, как вчера Механик в шоколадном шаре Ночные клавиши нашарил — Пришла печальная пора: Безумных цезарей вели В ряду по четверо, по трое; Шурша фольгою золотою, Они бежали от земли, Летели в марлевые сны, Но их туда не отпускали; И лишь прекрасная в печали, Богиня, свесившись с луны, Желала их — простой каприз. Она совсем не понимала, Куда вели, какого фалла, Бросала землянику вниз. Но землянику я не ем, А ты свежа и хороша и Летала в шоколадном шаре. Но не рассказывай. Зачем? Демон В те дни медноголовый демон, Пугая каменную деву, Плескал на платьице мазут, Кротом вертелся — тут бегут Ее ручные кугуары, Что едко метят троттуары, Но атакуют с трех сторон — И нечестивец побежден. А золотые черепашки Томят злодея в черной башне, Сопя, набрасывают сеть — Спесивец должен умереть. Его декады сочтены: Он видит медленные сны. |