Все произведения автора Валрес

заливное
без шляпы, без кепки, без крыши, за кругом круг,
на мокром пони пугать в переулках пьяниц,
язык мой - друг мой. личный. и я держу
его в тепле, за стынущими зубами.
сиди, дурашка. снаружи шакалит снег,
а под тобой еще теплится привкус мокко,
не надо смешивать, я не люблю гляссе,
ты тоже, кстати. так что сиди, не цокай.
уймись, паршивец, не щекоти десну,
оставь в покое растущий зуб, мне и так хреново.
еще немного - я тебя прикушу.
за это самое. за *вначале случилось слово*.



28.02.2003

просыпалочка
утро к подметкам белой пушистой пенкой,
ты еще спишь, зарывшись в стог одеял-подушек,
это не снег, любовь моя, это уходит лето,
это осенний пожар неумелой рукою тушат.
снова какой-то умник делит на плюс и минус,
на черно-белый морок все, что пыталось выжить.
птицы на юг, любовь моя, клин вышибают клином,
нам ненамного проще, им ненамного ближе.
вот бы на ощупь: куртка, мобильник, ручка,
или на запах: дымно, никак, чернильно,
это не снег, любовь моя, это несчастный случай,
изо всех сил старается быть счастливым.



28.02.2003

мантра почти что
с тобой ничего не случится с тобой ничего
не может случиться, твой чуткий, как бабочка, ангел
сидит на балконном перильце, ерошит крыло,
грызет чупа-чупс и болтает босыми ногами.
он редко уходит, но часто отводит глаза,
безгласный, он знает твое настоящее имя,
я тоже. ты помнишь? я звал тебя именно так
и ты отзывалась, но мы оставались с другими.
он мальчик, он любит, когда ты коня на скаку,
в горящую избу, в холодную воду, на гоночный велик,
ему любопытен и сладок мой глупый испуг
он любит пугать, но не любит пугливых истерик.
июльская ночь шебуршит целлофановым дном
пакета от солнышек съеденных днем абрикосов
с тобой ничего не случится с тобой ничего..



28.02.2003

плюс/минус
я кость в горле этого города,
он выплевывает меня,-
и пулькою в пулково,
прижимая в ужасе уши
домой, той же 134й тушкой,
наждачка язык, но, кажется, будет лужа
в другом конце. что поделаешь, очень я
боюсь летать на чужих, ненадежных крыльях.
сегодня странный день, мне хотелось красть
по-волчьи нагло. слова, отраженья, жесты,
трамвайный хромой звоночек-беду. но вместо
этого перевожу километры в мили,
так циферно ближе до нас.



28.02.2003

killing me softly
фланелево мягко
сотней клеточек-одиночек
родных до потери дыхания-пульса
жмется ко мне
прирастает
корчится
что-то мое-не-мое, как отчество,
я уже, кажется, сплю с ним.




28.02.2003

навеяло. не верь мне.
...а ночью нас изрешетил
июньский дождь, насквозь черешневый,
кривлялся кляксами столешников,
мы выпускали дым колечками,
в подъезде греясь у перил.

не обобщая, не занудствуя,
не подводя итогов начерно,
катилось время безминутное,
так непереводимо млечное,
над нами, девочкамимальчиками,

над ними. мальчикамидевочками,
катилось. и почти не тикало,
нециферблатно и бесстрелочно
врастало тоненькой кутикулой,
такою безобидной мелочью,

пустячной взрослою придумкою,
чужой, как слово «корреляция».
и мы себе казались умными
такими. девочкамимальчиками.
такими солнечнымилунными.

и прыгали с щенячьей грацией
по лестничным плешивым пролежням.
вот так сейчас поцеловаться бы:
люблю тебя. люблю. без «все еще».



28.02.2003

куриная слепота
побарахтался и притих в коробочке
майский жук моей беспокойной памяти
жженый сахар почти подростковой робости
в лунном свете медленно растворяется
руки комкают влажную рамку простыни
закусить губу. голова откинута.
близорукость на беспросветность осени -
ты почти такая. почти любимая.


28.02.2003

teddy bear
папа карло, таксидермист и плотник
напихал мне в брюхо еловых стружек
глазки-пуговки, мать его, бархат в глотке,
был медведь, а сделался телепузик.
оуууу, папа, зачем ты меня состряпал,
по такому образу и подобью?
ни клыков, ни рыка, ни когтя в лапах,-
мягкотелый, ласковый и беззлобный.
оторвали ногу - даю другую,
эй, малышка, тяни и ее до кучи,
не пойму одно - все равно люблю я
пятилетнюю вредную эту злючку.
вот она растет. я как-будто вечен,
только плюш на заднице просит штопки.
мой детеныш, выросший человечек,
по ночам достает меня из коробки.




28.02.2003

му-мужской разговоррр
майне либе нежной сукой от лагерфельда
прикорнула в кресле, какой аппетитный ракурс.
я сижу в ногах, я ее вдыхаю, ах, какой нахальный кобель я,
за нее, борзую, готовый в любую драку.

ма шери хорошеет, стерва, от течки к течке,
я за ней, как цуцик неумный, пузырю брыли,
мне плевать, что щенков не будет, что лысый гугнявый фельдшер
навставлял ей куда-то крученых заморских шпилек.

кара миа дышит нервно, сейчас проснется,
на бедре легкой судорогой похоть взбивает платье.
за окном одновременно вовремя блекнут луна и солнце
я все сделаю быстро. правильно. по-собачьи.


28.02.2003

шумберт шумберт
какое красивое слово сольфеджио
синяя папка тесемочки бантиком
платье навырост походка потешная
тонкие пальчики поцеловать бы их
каждая третья буква на выданье
слово неслышно становится матерным
ригли сперминт леденцовые выдохи
я робинзон мне положена пятница
солт лейк сквозь ситец тигровые сумерки
реминиscent корридорной идиллии
слушать как девочка в комнате шубертом
старый рояль вдохновенно насилует




28.02.2003

хроника хроноса и вайса верса
город крошится. еще немного -
перестану следить за дорогой.
толку от этого ниже нуля,
ноль хотя бы можно потрогать,
его и трогают. там где я
завидую всякому за баранкой -
невский перечеркнул фонтанку
ему обрыдло – везде вода.
в пять оборотов укутав гланды,
спасаюсь градусом. из горла.
норд-вест на снежную манку щедрый
куда ни прячься – он тут же следом -
в карман, за шиворот, под полу,-
послушай, чокнутый проповедник,
отстань, я тоже тебя люблю.
слова карабкаются наружу,
зайти погреться сойти с катушек
не-вы-не-вами-не-вас-не-в-у-
смерть только. еще чекушку,
пристань. я тут же сорву чеку.
город ершится. он бодро-болен
щербины, кариес новостроек,
неоцинкованная цинга.
допить чернила и кашлять кровью
и вены выпучить на висках.
мне десять лет. остальное – зимы..




28.02.2003

переносица
я еще научусь по тебе скучать вдохновенно-правильно
грызть янтарный мундштук, писать голубым по белому
залезать на поля, - эта странная страсть к окраинам
старомодна слегка. ну да что с ней теперь поделаешь.
перелесок наполнен осенью. предложения
обезличиваются с упорством прощальных возгласов
перелетчиков. глобальное потепление
не заставит остаться. солнце шипит над соснами
перебравшими влаги тупой предрассветной мороси
я когда-то любила тебя отчетливей.
обретение речи посредством потери голоса
перепады давления. дождь с прямотой подстрочника
добивает листву.



28.02.2003

Растишка-ёгурт
все к лучшему, да? все к лучшему. неуклюже
самолет отрывается от живого. строчка про пристегните,
десять японцев по правому борту плющат
рожицы в иллюминаторы. как не хотелось питер
видеть сверху, стадионом на рок-концерте
беги, лола, беги,- глумятся в телике. сердце
ломится в уши, сглатывается обратно,
добрый сосед угощает за хэппи лэндинг,
болгарский бренди
кажется кипяченою минералкой.
экипаж самолета прощается с вами. матом.
мокрые простыни.
мама
я снова
во сне
летала



28.02.2003

досилясольфамиредо
так бывает -
бусинки совпадений
я не знаю, кто их нашарлатанил
как же кругло и радостно было верить
им. и пробовать их губами.
осторожно. очень.
смелее. жестче.
разыгравшись, в горячке до первой крови
до других созвучий почти пощечин
умирать соблюдая закон гармоний
интересно. музычка на охотном
затяжные титры весенней блажи
аромат отчаянно бергамотный
в кофейной чашке.



28.02.2003