Все произведения автора Сергей Жуков

Колкий ветер легонько скрипит по стеклу...   17.08.2005
Колкий ветер легонько скрипит по стеклу,
Чьи-то тени скрываются в темном углу,
В приоткрытую форточку лезет туман,
Кровь стучит по вискам, как в большой барабан;
Отражение в зеркале видно едва,
На настенных часах – то ли час, то ли два…

В темноте растворяется луч фонаря,
В луже талой слюды звезды алым горят,
Как слеза января, с крошкой мутного льда,
На застывшем асфальте чернеет вода;
Отражение в зеркале считанных строк
В тишине разрывается наискосок.

Воздух рвется под пальцами ломких кустов,
РасплылИсь окна желтой дорожкой костров,
Лунный свет обрывается, падая вниз,
Тонкий серп над домами лениво обвис,
И, качаясь, кидает блестящую пыль…
В зеркалах не всегда отражается быль.

Тишина. Только ветер несется один,
Вдоль дороги, истоптанной сотнями шин,
Меж деревьев взъерошенных, гнутых, хромых,
От заката к рассвету, по кругу зимы;
Лунных бликов дорожка по снегу узка,
Отражение крутит рукой у виска…

Циферблат раскаляется, стрелки бегут,
Подгоняя друг друга – от друга к врагу;
Разрывая причины и следствия связь,
Часовая с секундной мелькают, крутясь…
В зазеркальи кукушка срывается в крик –
Обернулся орущим младенцем старик…

Бой часов трансформирован в траурный марш,
Пустота окружающий точит пейзаж;
Легкой дымкой подернуто все за спиной,
Все смешалось в единый сияющий рой
И пропало… Размыта стеклянная грань
За которой остался… я рвусь через край…

Мелкой рябью покрылась зеркальная гладь;
Мне не страшно уже… мне уже наплевать.
Только ветер скрипит и скрипит по стеклу,
Только тени застыли, в углу промелькнув,
Только окон дрожит разлинованный клин,
Только ветер танцует. Как прежде. Один.

Март 2003

За столом расселся гений...   17.08.2005
За столом расселся гений. Гений курит сигарету.
Сигарета еле тлеет – сизый дым ползет в окно.
За окном весенний вечер. Вечер поздний, дело к лету.
Лето жарким обещали – гений ждет его давно.

Гений что-то быстро пишет. Пишет почерком неровным.
Ровным почерком труднее хоть чего-то написать.
А писать, понятно – надо. Надо, даже если стрёмно.
Нет у гения резона не марать свою тетрадь.

Гений ищет рифму к «гений». Рифма гения не ищет.
Рифме поиск параллелен – лень ей (тоже, блин, напасть).
Блин пока без уточнений – гений морщит хмурый лбище,
Взгядом дик, а видом хищен... шел бы гений...
в медсанчасть.

Май 2004

Как здорово...   17.08.2005
1.
Как здорово встав утром, спозаранку,
Надев треух, взяв дедову берданку
Из душных комнат выйти на крылечко…
Потом дойти до парка, что за речкой,
Устроиться в сугробе под осиной,
- и поохотиться на лыжников в лосинах!
2.
Как здорово встав утром, спозаранку,
Взяв пончо, да и дедову берданку,
Спуститься в сад с мансарды гасиенды,
Изауре отвесить добрый пендель,
Под кактус лечь (от злого солнца прерий),
- и поохотиться на лыжников в сомбреро!

Я вышел из дома в помятом пальто...   17.08.2005
Я вышел из дома в помятом пальто,
супругу в сердцах обозвав Хакамадой…
– Сочилось волной городского надсада
вечернее небо сквозь туч решето –
но это не главное, главное то,
что лица с экранов бездумной армадой
рванулись за мной, человеком-громадой,
чтоб втиснуть в свой маленький цирк-шапито.
«Ты клоун коверный, - кричали они. –
Вернись на арену у телеэкрана!»
А я убегал от проклятого клана,
бежал, спотыкался, обидой тесним.
К груди прижимая заветный топор,
приблизился я к городской телебашне –
такой весь до нервного тика вчерашний,
во всем – неудача, во всем – перебор.
Тепла рукоятка, а обух – как лед…
Раскольников спит, но, похоже, проснется…
И горе вам! Вызвавшим столько эмоций…
И горе мне! Камню в чужой огород…

Сюжет этой пьесы я думал свести
к какой-нибудь невероятной морали;
но, чу: оцепление. Мне рассказали
о том, что под башней был найден тротил.
Опять неудача! В глазницах ментов
Я грустно мигнул кособокой лампадой…

Сочилось волной городского надсада
Вечернее небо сквозь туч решето…

Март 2004г.

Стук колес приближает меня к разведенным мостам...   17.08.2005
Стук колес приближает меня к разведенным мостам,
Сквозь туман фонари светят словно ущербные луны,
Дождь рисует на стеклах косые, небрежные руны,
И безжалостный ветер гнёт спины деревьев к кустам.

Впереди Петербург... И я чувствую, давит на грудь;
Малахитовый змей обернулся чудовищной жабой,
Колесо валидола мне служит подмогою слабо,
Все, что было - то было.. Что кануло - то не вернуть.

Очертания станций сменяются, тают в ночи,
Тонкий месяца крюк обернулся седым коромыслом,
Перекрашена в чёрный цветная мозаика мыслей,
А душа в унисон с проходящим составом кричит:

Здравствуй, город Петра, мой напыщенный, пафосный брат!
Город белых ночей, город бронзовых статуй и сфинксов,
Город блеска дворцов... город выцветших зданий и джинсов,
Возвращаюсь к тебе!
Так ответь –
...Ты хоть чуточку
Рад?

Январь 2003