Все произведения автора Катя Гольдина

Меж сказочных величий   11.04.2006
В наличии меж сказочных величий,
Густых ночей, -
Как королева в лучшем из обличий –
Виолончель.

Нечаянно разгаданный в начале,
Тот плач – он чей?
Уполномоченная всех печалей,
Виолончель.

И от скрипичных прихотей отчалив
(Вопрос в ключе ль?)
Я уличаю силу всех отчаяний –
Виолончель.

Среди мучений, названных ночами,
Смычок ловчей.
Из глубины почтительных молчаний –
Виолончель.


Я хочу репетировать всё   05.04.2006
Я хочу репетировать всё,
Что поблизости Музы толпится,
Вдохновеньем сюда принесён –
Ты устрой для меня репетицию!

Нам сегодня вполне подойдёт
Репетировать новые песни,
Нас с роялем, конечно же, ждёт
Потерявшее нас поднебесье.

И в твоей отразятся игре,
И в моём обозначатся пенье,
Те простые, как до или ре,
К затаённому чуду ступени.

Будет весь зачарованный мир
Репетировать всё, что осталось
Для ещё не смолкающих игр,
А останется самая малость:

Только ветра утихшего сон,
Только ярость внезапного ливня,
Только звёзд интригующий звон,
Только праздник танцующих линий,

Только фа, соль диез, ля бемоль,
Только заговор конных и пеших,
Только ветки поломанной боль,
Только старость потерянных леших,

Гаммы те, что восходят к богам,
А порою нисходят куда-то,
(Слышишь птиц растревоженных гам
В чуть усиленном нервном стаккато…)

Репетировать будем ещё,
Позовём скрипачей и флейтистов,
Чтоб спокойный мотив, возмущён,
Закружился бы просто неистов.

А когда всех мелодий каскад
Потеряет последнюю меру,
Вместе с раем затопит и ад,
Пригласи ты меня на премьеру!

На премьере исполнится всё.
Что захочет – на бис повторится…
Это будет – полёт в унисон
Или лучшая из репетиций.


Всё рыжее   05.04.2006
Всё рыжее, слетая, осенние листья,
Всё бредовее осень, запомниться силясь,
Листья ластятся к лисам ли, лисы ль столпились
Вместе с листьями, будто бы с ними слепились –
Провались я!

Между странных предчувствий, предместий, предзамков
Всё заметнее лисы, всё листья летучей,
Листопады на бис, их не видеть бы лучше,
И не слышать, они же то звонче, то глуше –
Сонмы огненных знаков!

Всё рыжее, кружась, несусветные лисы,
К листопаду ласкаясь, к осеннему свету,
За кулисами лета, которого нету
И которого ты не отыщешь приметы,
А найдёшь лишь кулисы.

Утонув в безыскуственно-лиственной лести,
Бродят по лесу лисы, лисята, лисицы,
Всё несметней хвосты их и рыжие лица,
Им бы солнцем осеннем ещё раз залиться,
В кутерьме куролеся.

Может быть, и они тут слетают с деревьев,
Или будут слетать – если быть лисопаду –Ты попросишь: уймись, ты добавишь: не надо,
Это было бы полному пламени аду
Роковое преддверье.

Между всех суеверий, преданий, предлестниц,
Околесиц моих и твоих поднебесий,
Листьям-лисам слетать, всё кружиться бы здесь им,
Полыхать наподобие сказочных бестий,
Очумелых прелестниц.

Всё кружиться бы им, сентябрём вдохновляясь,
Между разных сказаний и смутных поверий,
Устремляясь в мои незакрытые двери,
Или в сердце твоё – что ты скажешь теперь им? –
Всей толпой устремляясь.


Предсказания   05.04.2006
А времени – всё мельтешить в углу б.
Лишь дай мне знать, одним движеньем губ,
Лишь намекни – и будет, как всегда,
За четвергом – заветная среда,
И музыки неповторимый срез
От ми бемоль – почти до ре диез.
(А если обращённый в бегство снег
Собьётся с ног – он остановит бег.)
И клавиши, проваливаясь вглубь,

Стремительно выныривают вдруг.
И звуки – вдоль. И в то же время – вдаль.
Непредсказуемы движенья рук.
(Вот палец промахнулся – ах, беда ль?)
И в звеньях чёрно-белой череды
Мелькают бесконечности черты.
(Без устали роится у плеча
Пчелою неумолчною – печаль.)
Но только б не забыть сменить педаль,

И будет всё, о чём не попроси.
И чудо совершится – до и от.
И будут до и ре и ля и си,
За поворотом - новый поворот,
И поджидавший нас запретный плод,
И спрятанный неподалёку клад
(В остатке нот. И в то же время над).
Ты помнишь - мы тогда, под Новый Год
У пианино... С Клодом Дебюсси.

(Был за окном изрядный снегопад).


Саше   13.08.2005
Если придётся случиться, –
Случаем чудным сказаться, –
Чутким лучом просочиться,
С явью твоей увязаться

(Нить непрерывно прядётся,
Вьётся мелодия нитью),
Если случиться – придётся,
И задержаться в зените,

Если придётся случиться,
С рыжей мечтою сличаться,
Если случится – лучиться,
Мучиться и получаться,

Если придти доведётся,
И не наскучит сбываться,
Если уйти – не придётся,
Как бы тогда называться?

Ветер следы заметает
И зарывается в лужу.
Звонкая пыль попадает
В приотворённую душу.


*** (Помнишь, что было, а может, и не было...)   13.08.2005
Помнишь, что было, а может, и не было,
Если и было, то не возле мебельно-
Книжно-хозяйственного магазина,
Где часто шарахалась тень лимузина,
А было, скорей, у кондитерской лавки,
В которой мы купим цветные булавки,
Карты волшебные, ветхие сонники,
Банки с джин-тоником, сказок трёхтомники.
Это свершалось весьма неумело,
Как будто свершаться почти что не смело,
Свершаясь не набело, чуть ли ни начерно,
Словно и не было свыше назначено.

С девятой попытки – постой, а не с третьей ли –
Помнишь, мы фею Мелодию встретили;
Она к нам сама приближалась – в карете ли,
Чуть впопыхах или в кабриолете.
Да нет, она спрыгнула с велосипеда
Неподалёку от универсама
И чуть задержалась, случайно пропета,
Небрежно воспета двумя голосами.
Она, словно лето, легка и согрета,
Зачем-то явилась предвестницей осени,
Хотя из-под шляпы ли, из-под берета
Ли взгляд ошарашил внезапностью просини.
Так что же такое ветра нам навеяли –
В частности тот, что устроился шторой
Прозрачной при фее, а главное – фея ли
Та, несусветнее нету которой?!

Если мы встретили, то не Мелодию
Ту, что одета была не по моде, и
Дело не в ней, а скорее в колоде
Карт, что опять нам предскажут Мелодию.
Ветра угасают порою, не правда ли,
Но заряжаются вновь вдохновением.
Хлынули карты, как листья попадали –
Ворохом, с шорохом, с остервенением.
Мчатся автобусы, автомобили.
Может, мы не были, может и были
Там, где в изысканном облаке пыли
Снова её очертанья проплыли…

Это ли след уходящего лета
И ускользнувшего кабриолета,
Велосипеда, маршрутки, трамвая,
Всё ведь бывает, почти не бывая,
Но это не то и к тому же не это,
Не надо шестёрки, не надо валета…

Одни только листья нахлынули данью
Обжёгшего душу смешного гаданья.


*** (Да и нет не говоря...)   13.08.2005
Да и нет не говоря,
То ли в чёрном, то ли чёртом
Элегантным, - за моря -
Умолчать сумев о чём-то -

С корабля - что мимо пальм -
Да на бал, чтоб там опально
Промаячить вдоль зеркал,
Подтверждающих овально
(То что ты туда попал?);

С корабля - что мимо скал -
Да на бал, чтоб музыкально
Страсти выверить накал,
Отражаясь чуть нахально
(в целой тысяче зеркал);

С корабля (в котором был)
Да на бал (где то ли не был,
То ли в белом, то ли пыль
Стряхивая, то ли пепел,

То ли пел при этом) звал -
(Он бальмОнт был или бАльмонт)
С корабля - скорей на бал,
Чтобы в танце пятибальном

(Да и нет не говоря),
Может зря, а может даже
До зари - почём заря
Нынче, и того не скажет

Он, который, помнишь, звал
В зал, где невидаль творится -
В звонкой одури зеркал
Без оглядки раствориться.


*** (Поверьте, ветер любит Питер)   13.08.2005
Поверьте, ветер любит Питер.
Клянусь, что ветер Питер любит –
Там так хорош знакомый лидер,
Чей конь вот-вот змею погубит.

О, там где Питер, там и ветер.
Весьма приятно, прямо скажем,
И упоительно, поверьте,
Прошуровать над Эрмитажем.

А после заглянуть свободно
В тот Летний Сад, куда и летом,
И в зимний день, коль знать угодно,
Других гостей – лишь по билетам.

Разыщем Питер мы на карте,
Но недосуг нам слишком долго
Трястись в задрипанном плацкарте,
Где что ни шаг, то чья-то полка.

Я вас прошу – наденьте свитер,
И мы по Питеру покружим;
Ведь там, где ветер, там и Питер,
И всюду Питер, где мы дружим.


Андрею Дитцелю   13.08.2005
I

Подари мне, что ли, пачку чуть хрустящего печенья,
А к нему ещё заначку полусладкого мученья,
Две таблетки аспирина для успешного леченья,
Золотую аскорбинку и перчинку поученья.

Подари осенней ветки осторожное качанье,
Заодно уж и гитары бестолковое бренчанье,
Слов несказанных свеченье, что мелькают, не мельчая,
В дополнение к последним принеси стаканчик чая.

Вновь укрывшись, растерявшись в блёклых кружевах болезни
Я приму в подарок песню или пару строк из песни,
Тонкой лести граммов двести, полуметр комплимента,
Просто розовую ленту и два-три медикамента.

На ступени, что ютится на границе подсознанья,
Там где снится, там где длится чьё-то тихое вязанье,
Подари мне в поощренье, а вернее, в наказанье,
Тот предвиденный поэтом миг волшебный узнаванья.

Чёрта лысого, красавца, изумляют очертанья.
Гор лесистых год от года возрастают огорченья.
У черты, где речь петляет, как речушка бормотанья –
Подари мне четвертинку чуть хрустящего печенья.

(июль 2000).

II

Снег летает, снег ложится так степенно-постепенно.
Нам с тобою не ужиться никогда в одной вселенной.

Снег слетает постепенно, монотонно, округлённо,
Непрестанно, непременно, утомлённо-окрылённо.

Снег слетает, снег ложиться не спеша и чуть надменно.
Как с тобою нам сдружиться, мельтеша в одной вселенной.

Как с тобою нам сдружиться, мельтеша и измельчаясь,
Уличаясь, величаясь, начинаясь-не кончаясь.

Снег летит уже обратно, посмотри, с земли на небо.
Ты иди себе направо, ну а я пойду налево.

(декабрь 2000).


*** (Как быть теперь, скажи на милость?)   13.08.2005
Как быть теперь, скажи на милость?
Ведь я действительно старалась,
Чтоб ничего не изменилось,
Чтоб тайна тайною осталась.

Да только скрипка проболталась –
Могла ль она молчать как рыбка?
А между звуками металась
Непоправимая улыбка.


*** (Люблю тебя прилежно...)   13.08.2005
Люблю тебя прилежно,
Лукаво, безотлучно,
И бережно-прибрежно,
И шороху созвучно,
Не ложно, неотложно,
Всечасно, непролазно,
Безвылазно и сложно,
И чуть зеленоглазо.
Ушасто-камышисто,
Слегка шероховато,
Древесно-хвойно-мшисто,
Немножко ведьмовато.

Как надо, как не надо,
Ну словом - как охота,
И прямо до упада,
До бешеного взлёта,
Уже дойдя до ручки,
До невесомой строчки,
Что вознесётся к тучке,
Да нет, не к тучке – к точке,
Под этой самой ручкой
Рождённая сверхсрочно;
И вновь, под тучек кучкой
Люблю тебя подстрочно,
Во всю октаву – слышишь?! –
До ноты си – и дальше,
До следующей, выше
Звучащей до, но даже
И там, где нету точек
И где стихам не сбыться,
Могу без проволочек
Опять в тебя влюбиться,
И небо проясниться,
Мой друг, однажды летом,
Как чистая страница,
Забытая поэтом.


* * * (Что мне явится в сон?...)   13.08.2005
Что мне явится в сон?
Я лечу, повторяя знакомое нежное имя, –
Ты пойми меня, –
Нелегко причесать этот вечно взлохмаченный ветер;
Ты в ответе за всё.

Я в вопросе о том, что в ответе.
Я над сонмом лесов
Пролечу, разбиваясь об это волшебное имя –
Ты уйми меня –
Я пытаюсь опять изловчиться куда-нибудь мимо.

Ты мне вынь да положь.
Я лечу-хохочу в опрокинутом наземь берете.
Прекрати эту ложь, эту дрожь,
Этот дождь, или, как он там, ветер,
За собою сама пригляжу.

Я лечу ли? Лежу,
Вновь укутана ветром, тебя распознавшим по имени.
Подними меня –
Ты разгадан в ответе –
Я спешила к тебе, как письмо в небывалом конверте.


* * * (Всё, что было ничтожно...)   13.08.2005
Всё, что было ничтожно, вдруг стало значительно.
Задрожал карандаш, по бумаге скользя.
Я сегодня люблю тебя так исключительно,
Что могу поручиться – сильнее нельзя.

Как тут быть, если тема звучит нарастающе.
Я сегодня тебя, о несбыточный мой,
Полюбила так ясно, так всепоглощающе,
Что мне в это непросто поверить самой.

Карандаш на мгновение замер мучительно.
Вдруг услышу твоё «подожди»?
Я сегодня люблю тебя так заключительно,
Будто всё позади.


* * * ( Если в хаосе всех катавасий...)   13.08.2005
Если в хаосе всех катавасий
Я однажды совсем растеряюсь
И в тумана раскинутой рясе
Праздник скроется, как муравей, –
Удалюсь я в свои восвояси,
Где слегка отдохнуть постараюсь;
Там растёт удивительный ясень
С небывалым сплетеньем ветвей.

Если в жизни затейливой вязи
Я верней распознаю боязнь,
Что в напасти разинутой пасти
Пропадёт драгоценнейший клад –
Уберусь я в свои восвояси,
Путь к которым таинственно ясен
В день погожий и даже в ненастье
И уводит вперёд и назад.

Если выскажут мне неприязнь
Те, что впрочем и сами несносны,
И, вниманьем ничьим не согретой,
Мне не будет спасенья от бед –
Унесусь я в свои восвояси,
Где растут неподдельные сосны,
И, тихонько дымя сигаретой,
Я побуду там 1000 лет.


* * * (Невесомые нотные доли ...)   13.08.2005
Невесомые нотные доли скакали диезно,
И до боли бемольно они замирали подчас.
Мы не знали про паузу, что разверзалась как бездна –
А она терпеливо ждала легкомысленных нас



* * * (Где он, стих несравненный в традиции Дитцеля?)   13.08.2005
Где он, стих несравненный в традиции Дитцеля?
Сочинится ли он? И затем – подтвердится ли?

Благодатной вечерней прохладой повеет ли,
Комары прожужжат ли тихонько за елями
(Если были там ели, где с преданным Томом –
Милым псом – ты к подобным привык насекомым
Впору вами свершаемых летних прогулок)?
Отчего бы и нет. Стих протяжен и гулок.

Дома Том, поглощаемый сонной истомой.
Ты с подругой своей – или просто знакомой –
Отмечаешь, что вовсе уже и не лето,
Или лето, но осень поблизости где-то;
Ведь причастен к печали оброненных реплик,
Ветер так по-осеннему сосны потреплет,
Между делом, небрежно подкинув – на случай
Если вдруг пригодятся – охапку созвучий.

Будет осень в разгаре. Когда и зима уже,
В свой черед, подобравшись, потрогает за уши,
В стиле Дитцеля стих постепенно расстелется
Под мохнатым покровом библейской метелицы,
Проникая в квартиру твою не случайно,
Чтоб немного согреться теплом чашки чайной.

Ты скажи мне скорей, наяву ли, во сне ли
С каждым часом веснело и лица яснели
У прохожих; не самая синяя птица ли
Щебетала в строфу изумлённого Дитцеля,
А ещё – превращалась ли тыква в карету,
Что стремглав приближается к новому лету?

Ты мне скажешь, что Дитцеля стих, по традиции,
Сочинится сперва. А затем подтвердится и
вновь родится…


* * * ( Я конечно вернусь в озорную прыгучую Прагу...)   13.08.2005
Я конечно вернусь в озорную прыгучую Прагу,
Чтобы в парке из парков увидеть каштанов ватагу,
Чтоб в безумном сплетенье по-пражски увёртливых улиц
Непонятно откуда летящую весть караулить.

Чтобы Влтаву сравнить с непомерно широкой октавой,
А быть может – и даже вернее – октаву со Влтавой;
Над октавой тяжёлые дуги легато местами
Переброшены нежно и, право же, схожи с мостами.

Карлов мост, Карлов мост, до чего, прямо скажем, ты Карлов,
И вовек не изжить красоты непосильную карму,
И никак не спастись от каварства – по-чешски «каварной»
Называют кофейню – там цены подскочат коварно.

Я бесплотною тенью попробую вновь обратиться,
Чтоб счастливейшем зайцем в заветном метро прокатиться,
Где опять неотступный, вполне пятистопный анапест
Разгадаю в словах упоительных: «виступ-а-наступ».



* * * (Дождь идёт. Он гуляет под старым зонтом)   13.08.2005
Дождь идёт. Он гуляет под старым зонтом.
А куда он идёт – сам не знает о том.

Я тихонько иду проливному вослед.
Я вернусь. Подожди только тысячу лет.

Дождь идёт неодетый. Зато под зонтом.
Я совсем не вернусь. Но ни слова о том.



* * * (Если быть непонятной беде... )   13.08.2005

Если быть непонятной беде –
Значит, нити мои отнимите.
Это нити не те –
А быть может, и те, да не нити.

Что за тени забросит метель?
В вечном хаосе хитросплетений
Эти тени – ни те ль,
Что мрачнее, чем прочие тени?

Даже толком не помня, за что,
Я прошу вас простить меня от и
До заветнейшей до –
Были б только подобные ноты.

Ну а после шепчу в темноте:
Протяните же мне, возверните
Нити те, что не те –
Или те, но лучи, а не нити.