Все произведения автора Сергей Фаттахов (Блицкриг)

важное   13.12.2010
Что важнее и кто важнее -
Всё понятно без лишних слов.
Бледной жилкой на тонкой шее
Бьются преданность и любовь.
Сколько жизни в бездушном теле -
Столько нам и осталось лет.
В этом мире на самом деле
Места лирике просто нет.
Так простись же навечно с нею,
Хоть затем, что была честна.
Видишь, снег на глазах чернеет.
Это тыкву готовит фея.
По проспектам и по аллеям
В сонный город спешит весна.

выписка   13.12.2010
Из всех возможных хворей и недугов
нам выпало переболеть друг другом.
И руки разводили доктора -
мол, нет лекарства, нет такого средства,
больной кричит в окно, впадает в детство
и даром, что протянет до утра.
И счастья - нет. И что могло - накрылось.
Как вспомнишь - вздрогнешь. Экая бескрылость.
Теперь-то всё иначе и бодрей.
Я никому не должен и не нужен.
И мыслю шире. И встречаю хуже.
И провожаю строго до дверей.
Вся жизнь - цепь сцен, где не держал удар ты.
Как приговор. Как выписка из карты.

не иначе   13.12.2010
"Любовь" - она такая. Как кино.
Она почти такая как в кино.
Нелепая, смешная как в кино.
Хорошая бывает и не очень.
И с ней порою грустно и смешно.
Действительно, и грустно, и смешно.
И ты всё это понимаешь, но
Не замечаешь как бы между прочим.

Пока твой мир болтался на оси
Ты вызубрил его от сих до сих,
Ты сам себе и терапевт, и псих,
Ты в нём живёшь, здесь всё тебе знакомо.
Но стоит отклониться от межи,
И нужно брать иные рубежи,
И там уже совсем другая жизнь,
И ты совсем другой, не тот, что дома.

Так вот, "любовь": она, как будто "вдруг",
В тот день, когда всё валится из рук,
Когда уже бессчётный сделан круг,
А ты живёшь условно, наудачу,
Она вращает дней веретено.
И, наконец, когда всё решено,
Расходитесь: ты - в дверь, она - в окно.
И хорошо, что так, а не иначе.

сбудется   13.12.2010
Всё ещё обязательно сбудется.
Не со мной, может быть, не с тобой.
Выходи на знакомую улицу
В неуютный рассвет голубой.

В ранний час, когда в сонных строениях
Загораются окон огни,
Мы, друг другу придясь в настроение,
Наконец-то с тобою одни.

И шагаю впотьмах осторожно я,
Берегу эту тонкую нить.
Это музыка. Странная. Сложная.
Как и всё, что нельзя объяснить.

Вспорет воздух гуденье дорожное,
И она оборвётся сама.
Я теперь принимаю как должное
Всё возможное и невозможное.
Всё пройдёт. Не сойти бы с ума.

мой милый бонус   13.12.2010
Есть память - что гранитный монумент.
Всё отомрёт, а эта память - нет.
Всё отболит, а эта память - вряд ли.
Когда она упрётся в облака,
Достигнув в рост земного потолка,
Как памятник печали необъятной,

Мир выйдет за границы бытия.
За рамки сожалений и нытья.
За призрачную кромку атмосферы.
Не верь скрижалям, ничего там нет:
Ни мглы тоннелей, затаивших свет,
Ни Любы нет, ни Нади и ни Веры.

Пока ты здесь мотаешь на кулак,
Не спишь, не ешь и куришь натощак,
Предчувствуя лихие повороты,
Взывая риторически к судьбе,
То время, что отпущено тебе,
Скопилось в милый бонус для кого-то.

Погрязнут в летаргической пыли
Все радуги и компасы земли,
Все радости. И солнце золотое
Стоически закатится в зенит.
Его нутро от пятен заболит.
И выплеснется солнце над тобою.

ещё один стишок о надежде   05.07.2010
Лучше сразу, поверь. Лучше сразу.
Из друзей. Из стихов. Из сети.
Ври, мой компас земной кареглазый.
Без тебя мне сподножней идти.
Чем просиживать на чемодане,
Лучше прочь, прорывая кольцо.
Где звезда, незнакомая ране,
С разворота засветит в лицо.

наживи...   05.07.2010
Оле Хохловой

Наживи цветочек аленький
На игольное ушко.
Этот мир, простой как валенки,
Не заштопаешь стишком.

Посмотри, какой он маленький.
От распятья до суда.
Пешеходы - не кораблики -
Затонувшие суда.

Говори. Весна на проводе.
Бредит сточная труба.
Это март гуляет в городе
Лихорадкой по губам.

Мы за ним вослед, за вёснами
Вдоль по серой полосе.
Неуклюжие, несносные.
И не вечные совсем.

весна календарная   05.07.2010
В слепой кишке гремящего состава,
В объятьях полутьмы и полусна
Какая неуютная досталась
Мне эта календарная весна.

Она стучится в двери спозаранку.
По пластиковой глади потолка
Проносятся то звёзды полустанков,
То горечи табачной облака.

Куда спешить? Но хочется скорее,
Под музыку, которая внутри,
Мы выросли. И, кажется, стареем
Под эти же смешные до-ре-ми.

Полжизни - прочь. Я ни черта не понял.
Но ничего не кончено, пока
Звенит стакан заутреней в ладони
Усталого как мир проводника.

стрелки   05.07.2010
В грязной пене весенних небес
Я летаю согласно погоде.
Словно шарик воздушный свободен,
Что утратил последний свой вес.
Ты теряешь ко мне интерес.
Говорят, я не моден. Не моден,
Словно в пыльном скрипучем комоде
Позабытый на платье отрез.

В этой жизни, чуть слышной сквозь сон,
Словно голос соседской собаки,
Всё решают секунды и знаки,
И Фортуны слепой колесо.
Пуля свистнет ли, лязгнет засов.
Разлетятся на тики и таки,
Словно с тех, что потеряны в драке,
Утомлённые стрелки с часов.

завтрак у Тиффани   11.06.2010
Брось швыряться рифмами и мифами -
Наглецу всё это не к лицу.
Прежде, чем позавтракать у Тиффани,
Напои её и растанцуй.

Вот она готовит, неодетая,
Хороша и телом, и душой.
Сотни раз всё это видел где-то я
[Заглянул на ЯндексЪ - не нашёл].

Потому ли, забывая, снова я
Нарезаю тщетные круги,
Что исчезла линия фартовая,
Затерялась в линиях других.

Вновь зима куражится за стёклами.
Стынет дом от вечной тишины.
Вот она хозяйничает, тёплая,
Никакие зимы не страшны.

отражение   09.04.2010
Ещё зима толчётся у дверей.
Весенний спурт календарями дразнит.
И отраженье сущности моей
Становится скучней и безобразней.
И пропасть дней. И запах простыней.
И всё о ней - ненужной и забытой.
И вусмерть замусоленный хорей.
Но кажется незыблемой орбита.
И слаще кофе. И теплее свитер.
И день длинней.

пикник   09.04.2010
В щели кирпичной, искрошенной временем кладки
Тянется запах гниения едкий и сладкий.
Выцвели звёзды на старом измятом крыле.
В этом краю, где ничто тебя видеть не хочет,
Память оставила дыры своих многоточий,
Небо расколото в каждом разбитом стекле.

Здесь не живут. Методично сживают со света
Сами себя гордецы на обочине этой.
Хочется выйти. Зарыться в горячий песок.
В тёплую ванну. В перину помягче. От края
В страхе отпрянуть. Но юзает строчка, сползая,
Напополам разрезает. И целит в висок.

рождество   08.04.2010
Летело время, падая с разбега
В сумятицу подтаявшего снега,
Взбивая кромку - только и всего -
Густых белил наполовину с мелом.
Оно терялось - белое на белом.
Так начиналось это Рождество.

Сменялись в ярком хороводе лица.
И воздух цвёл ванилью и корицей.
Под утро все тропинки занесло
К домам, горевшим окнами-свечами
Всю ночь. И только мы не замечали,
Что наступило наше Рождество.

снежная Лета   08.04.2010
Улови как за окнами где-то
То ли свист шелестит, то ли стон.
Это белая снежная Лета
Огибает кирпичный заслон.

Вот ещё один месяц в корзину.
А река всё текла и текла.
Сколько водки ни влей в эту зиму -
Всё равно не дождёшься тепла.

А на улице свищет и свищет;
Снег из форточки студит лицо.
Так бы раньше с бумагою писчей
Не дошло до тебя письмецо.

А теперь: хоть по клавишам бряцай,
Хоть по кнопкам стучи до зари.
Не расстаться - увы - не остаться.
Одиночества стоит бояться
Не снаружи себя, а внутри.

нехорошее   08.04.2010
Льётся жизнь, порогами изломана.
Рвётся из огня - да в полымя.
День, на дребедень располосованный,
Выбирает скучного меня.

Сжаты сроки. Неводы заброшены.
Сжаты руки в злые кулаки.
Как бы не случилось нехорошего
От неразуменья и тоски.

День уходит. Спи, моя красавица.
По утру, презренья не тая,
Смотрит в душу пристально и скалится
Родина небритая моя.

на северо-востоке   28.12.2009
И новый год, и ты - в параличе
Салата оливье и караоке.
Чужая, не гасимая ничем,
Горит звезда на северо-востоке.

Восторг детей, терпение собак
Негуляных, спонтанные салюты.
Всё так же потрошат помойный бак
Бомжи, не замечая холод лютый.

Лежит мужик, и кто его поймёт -
Избили или просто вышло боком?
А на душе - зима и гололёд.
Прильнёшь и поскользнёшься ненароком.

А на душе - такая мишура,
Волшебник нервно курит для порядка.
И всё это ненужное вчера
Расходится - три штуки на десятку.

Размаешься и глянешь за окно -
Всё остаётся в тонусе и в силе.
Зима пришла крутить своё кино.
Хоть мы её об этом не просили.

Мы иногда [в сознании вполне]
Непразднично и трезво одиноки...
Мерцает и подмигивает мне
Твоя звезда на северо-востоке.

яблоко раздора   28.12.2009
Полночный "борт" стихает вдалеке.
Проносит мимо пассажиров "скорый"...
В твоём до боли сжатом кулаке
Надкушенное яблоко раздора.

В кармане фляжка. Некуда спешить.
В дыре окна - рождественские свечи.
А в каждом уголке пустой души
Живёт она, и занавесить нечем.

меня любила женщина одна...   28.12.2009
Меня любила женщина одна.
В какой-то миг устала и она.
Должно быть, накопилось, наболело.
Теперь прошло. Да и не в этом дело.

Любил, я помню, женщину одну.
Как девочку. Как маму. Как страну.
Кино с непредсказуемым сюжетом.
Но кончилось. Да я и не об этом.

Храня покой и плюшевый уют
Астрологи и родственники врут.
Пытаясь тщетно память изничтожить
И я себя обманываю тоже.

Что настают иные времена.
Что любит меня женщина одна.
Без выгоды, без цели, без подлога.
И на тебя похожая немного.

мистер Корсо   28.12.2009
Высший сорт всегда берут без спроса.
Остальное - лень и суета...
Где ж ты пропадаешь, мистер Корсо?
Открывай девятые врата.

Не мусоль эстампы в кабинете.
Подымай свой зад из-за стола.
Та, что лучше всех на этом свете,
Всё равно тебе уже дала.

Не мечтай - не ждёт тебя награда.
Затащив хоть раз её в кровать
Можно вечно бегать с голым задом,
Приключений всяческих искать.

Знаешь ты ответ на все вопросы.
Нужно брать иные рубежи.
От кого бежишь ты, мистер Корсо?
От себя никак не убежишь.

письмо о морской свинке   28.12.2009
В жизни всё случается само,
Словно гость весёлый на поминках.
Если стану ей писать письмо,
Попрошу в конце морскую свинку.

Надоела профильная рать.
Надоело рвать с анфасов маски.
Если мне до смерти дрейфовать,
Пусть простят Зиганшин и Поплавский.

У тебя - другое ремесло.
Выбирал ты сам его когда-то.
Отвернись и бойся лестных слов,
Если ты у слова взял задаток...

Только зря накручивал круги.
Пережил содеянное в кубе.
Всё равно она живёт с другим,
Потому что любит. Любит. Любит.

скоро тридцать   28.12.2009
И данайцев, и даров
Бойся смело. Будь здоров!
Скоро тридцать. Вывод ясен:
Мир - говно, но он прекрасен.
Есть у всех, кто пишет складно,
И клубок, и Ариадна,
И оборванная нить.
Выходи, тебе водить.

Полетали - и привет! -
Убираемся в кювет.
Так отчаянно и жутко
Словно ржавые маршрутки,
Словно блудные Улиссы,
Словно брошенные склиссы,
Так пронзительно ничьи, -
По Гражданке - и в Ручьи.

пока я есть...   28.12.2009
Уходят люди призрачными инками.
Стареют небеса и города.
И тают дни хрустальными снежинками.
И утекает времени вода.

Мы выдохлись, и вы о нас не вспомните.
Мы умерли вперёд на много лет.
Найди меня в безликой мрачной комнате,
Пока я есть и не погашен свет.

это что-то из детства...   28.12.2009
Это что-то из детства. Жара. Ты идёшь гулять.
А в кармане тихонько звенят на пломбир монетки.
И от ветра качаются клёны и тополя.
И гоняет в футбол с пионерами сын соседки.

Это что-то из юности. Вечер. Идёшь в кино.
Ощущая тепло её пальцев в своей ладони.
Это было с тобою. Но, кажется, так давно,
Словно с кем-то другим. И об этом никто не помнит.

Это что-то из жизни, оставленной за спиной.
Из потрёпанной книжки о туфельке и карете.
Это лучшее, что приключиться могло со мной.
Что тебя я встретил.

весна наступала рывками...   28.12.2009
Весна наступала рывками,
Маячил апрель впереди.
Коса находила на камень.
Иль камень её находил.

Но в смене сезонов в природе
Заложен простой лейтмотив,
Что новое всё же приходит,
И старому нужно уйти.

Закончиться как кинолента,
Размыться как устье реки,
Как слово, что брошено кем-то
В горнило финальной строки.

и вёсны лгут...   28.12.2009
И вёсны лгут. И снег в душе не тает.
И в рожицу - горящей головнёй -
Кривую. Палка-палка-запятая.
Метанья меж огнём и полыньёй.

Расти грибом в неряшливой посуде.
Лелеять впрок свой тонус речевой.
Как будто знать: всё будет. Будет! Будет.
И понимать: не будет. Ни-че-го.

закон "жи-ши"   28.12.2009
Мы знаем закон "жи-ши".
Мы будем с тобой на связи.
Поднявшись до самой грязи.
Унизившись до вершин.
Никто никому ни разу
Не нужен и не обязан.
Но ты всё равно пиши.

Мы знаем, когда "ни-ни".
И знаем, когда "быть может".
Мы чувствуем это кожей -
Под слоем глухой брони
Мы искренней и моложе.
Никто никому не должен.
Но ты всё равно звони.

Мы знаем предел души.
Свой ценник, шесток и РОЭ.
Нас в мире всего лишь двое.
Мы снова глотать спешим
Пайки кислорода, коих
Не хватит для нас обоих.
Но ты всё равно дыши.

СПб   28.12.2009
Здесь все - поэты. Несмотря на профиль
Оттачивают крохи мастерства.
Набившая оскомину Нева
Здесь в каждой чашке утреннего кофе.
Плюёт волной на физику Иоффе,
Дрожит водою будто тетива
Фатально распрямившегося лука.
Здесь рассекает надвое без звука
Васильевского острова стрела.

Здесь все - из местных, несмотря на профиль.
Нелёгкая когда-то принесла.
Здесь начинают с первого числа,
Уже готовясь к новой катастрофе.
Последние из приносящих кофе
Достойны здесь иного ремесла.
Здесь ищут - не любовь, так панацею.
Здесь все хотели б жить. И не умеют
Спокойно жить. И мы - из их числа.

и о погоде...   28.12.2009
Сначала говорили о циклоне
И о весне, которая в пути.
Ты что-то изучала в телефоне,
Дышала на замёрзшие ладони,
Но так и не отважилась уйти.

Мы больше не останемся врагами.
Мы ловко прикрываемся и лжём.
Апрельский микс взбивался под ногами.
Троллейбус с разведёнными рогами
Торчал противотанковым ежом.

Вчерашний день искать - что в этом проку?
Ведь мы его, как прежде, не найдём.
Гудят машины, продираясь боком.
Как будто мы мешаем их потоку,
Пока стоим и мокнем под дождём.

И мы, как это часто происходит,
Когда разлад, и не туда несёт, -
Не то, чтоб ни о чём, но что-то вроде -
Опять заговорили о погоде,
Поскольку больше не о чем. И всё.

запомни этот день   28.12.2009
Запомни этот день, не забывай.
Вороний крик, пустой собачий лай,
Картонные докучливые люди.
Он кончился, его уже не будет.
И был таков… Вернее, такова.
Тузы назад вернулись в рукава.
И снова берегут тугие нервы
От глаз подальше скрытые резервы,

А сердце бьёт в груди, но не болит.
Горит огнём как загнанный болид.
Он всё равно плетётся где-то сзади,
Позорный, но стабильный аутсайдер.
Гоняйте на предельных скоростях,
И вас покажут в местных новостях.
Принцесса-оборванка, зайка-стерва,
Запомни этот день. Он будет первым.

верю - не верю   28.12.2009
Закрыт сезон. Погода - к лету.
Мы суетимся и спешим.
Сдираем киперную ленту
С бесцветной плоскости души,

Брезгливо морщимся от пыли,
В оконный хлынувшей проём.
И в тех, что раньше нами были,
Себя едва ли узнаём.

Но, отворяя солнцу поры,
Всё так же вертится земля.
Пройдут угрюмые сапёры
Твои колхозные поля.

Случайный звук расставит ноты,
Раскрыв мелодии секрет.
И что-то сбудется. Во что ты,
Не веря, верил много лет.

окно   28.12.2009
Твоя иль не твоя вина -
Терпи любые времена.
Не жди [божественного] знака.
Когда судьбы ударит плеть -
Ни досмеяться, ни доплакать,
Ни домолиться не успеть.

Твоя иль не твоя беда,
Что ты, по сути, никогда
И не смеялся, и не плакал -
Не суть - взахлёб или навзрыд,
А просто ждал чьего-то знака
И делал вид.

Ты вырос и привык давно,
Что отворяется окно,
А за окном: деревья, птицы -
Им жить. Площадке для детей -
Стоять. А времени - лететь,
Ему нельзя остановиться.

Никак нельзя. Но вот оно
Закроет нужное окно,
Как закрываем мы порою.
Сметёт [божественной] рукой
И смех, и слёзы. И покой,
И остальное.

фортуна   28.12.2009
Собака лает - с новой силой
Разносит ветер. Быть грозе.
Любой каштанке тупорылой
Всегда хотелось быть борзей.

А в остальном довольно сносно
Проходит жизнь. Сплошной уют.
И только лавры Дэйви Джонса
Покоя сердцу не дают.

И в колесо твоей фортуне
Вставляет кто-то палку. Впредь
Не обещайте деве юной -
И не придётся с ней взрослеть.

Но, не поймав себя на фальши,
Ты снова думаешь о ней.
И с каждым днём она всё дальше.
Всё нереальней. Всё тускней.

короткая длинная жизнь   28.12.2009
Разбилось корыто. Разладился быт.
Ничто не забыто. Никто не забыт.
Ни люди, ни книги, ни фантик с мечтой,
Ни та, что потом оказалась "не той".

И каждую ночь, не давая уснуть,
Она уходила на правильный путь.
И, словно тревожить боясь тишину,
Всегда выбирала дорогу одну.

Ни люди, ни книги. Ни пламя, ни лёд.
Никто не осудит. Ничто не вернёт.
И только уйдёт, как её не держи,
Такая короткая длинная жизнь.


Вспыхнет факелом дом бумажный:
Двери, лестницы, этажи.
Умереть не настолько страшно,
Как признаться, что поздно жить.

Гром не грянет. Фатальный выстрел
Не застанет тебя на ней.
И фальшивые хлынут искры
От бенгальских твоих огней.

Что хранили твои ладони?
Тонких линий немую вязь.
Всем понятно. А ты не понял,
Что любовь превратилась в связь.

Что актёров в пустом спектакле,
Да и пьесу постигнет крах.
И никчёмные эти капли -
Просто соль на твоих щеках.

гроза   28.12.2009
Ковшом воды, стеной пунктирных линий
Поток небесный вылился до дна.
Была гроза. Прошёл нещадный ливень.
И снова наступила тишина.

Нежданный дождь. Он распугал прохожих.
Побил листву. Прошёлся по дворам.
Ох, как же мы с тобой на них похожи -
Бегущих от погоды по домам.

Всё - мрак и морок. Мы - не виноваты.
Вся наша жизнь другими решена.
И тишина. Густая словно вата.
Пустая словно вата тишина.

modus operandi   28.12.2009
Держать весь мир - на шее ли, на вые -
Сойдёт на нет терпения запас.
Не так они стремятся в рулевые,
Как топоры суют им под компас.

Они влезают в души вновь и вновь, и
Мешают спать, копить телесный жир.
Так в фильме [если дело - к катастрофе]
Найдётся свой "тревожный пассажир".

Им справно платят тою же монетой
Дрянной на протяжении веков.
Вбивают будто сваи в них запреты,
Навешивают гири ярлыков.

Так было. И так будет. А по-правде:
Транжиря в спорах лучшие года
Не забывай про modus operandi -
Какой ни есть, а действует всегда.

белые вороны   28.12.2009
Чем держать будто щит оборону,
Обращая поклонников в лёд,
Лучше числиться белой вороной,
Что сама хоть кого заклюёт.

Проще в голос добавить металла.
Равнодушием вытравить взгляд.
Ты устала. Устала. Устала.
Что опять о тебе говорят.

О действительно белой вороне.
Не о той, вызывающей смех...
Изо всех для неё посторонних
Я, пожалуй, стороннее всех.

Потому ли, что всё понимаю,
Вняв какому-то знанью извне.
Или правда вороны бывают
Так несхожи в своей белизне.

ФРГ   28.12.2009
Стареть в Санкт-Петербургском "ФРГ" *)
И ощущать себя унылым г...
Иудой в чехарде библейских сценок.
Вот был бы Бог, в которого "we trust".
Такой, что не предаст и не продаст.
Его ты сам продал бы за бесценок.

Вот это жизнь! И ангел - за плечом.
А ты идёшь, красив и ни при чём.
Таким вот Аполлоном складнотелым.
Вот тут бы встретить лучшую из Муз
И заключить с ней грамотный Союз.
Состыковаться т.е. между делом.

Дожить до ста и вместе встретить смерть.
Чего хотеть, мой друг, чего хотеть?
Когда и так сложились очень даже
Пути планет в пространстве временном,
Весь этот день, красивый как в кино,
И бесконечный [как в кино опять же].

Четыре стенки. Выцветший плафон.
В кирпичном доме. Двушка. Телефон.
Типичный спальник. Код. Метро под боком.
Не первый, не последний этажи.
Такая жизнь, мой друг. Такая жизнь.
И потолка всевидящее око.


*) - ФРГ - фешенебельный район Гражданка

на мосту   28.12.2009
Стою с цветами на мосту.
Букет завял. А я расту.
Стою и мокну на посту.
Курю и мёрзну.
Недолго так и заболеть.
Какая знаковая смерть!
Мол, "муза посетила ведь!
Но было поздно..." (мда!)

Курил. Молчал. Но "как дышал!"
Земля - как есть "лиловый шар".
Не помню ни сюжет, ни жанр,
Но всё там сложно.
Стоим с тобою на мосту.
Любому видно за версту,
Что "этот" выловил "не ту"
Из всех возможных.

Любовь - что белка в колесе -
Сбегают вовремя не все.
Ну вот и я [во всей красе]
Бегу навстречу
Не то случившейся заре,
Не то застывшей в янтаре
Тебе, что было в январе
Заняться нечем.

А рядом с площадью Сенной
Есть мостик старый и больной,
Ни то, ни сё. Как мы с тобой
Не врозь, а рядом.
На берегу Невы-реки
Похорони мои стихи.
И, уходя, коснись щеки
Невинным взглядом.

зелёный шум   28.12.2009
Идёт-гудёт вовсю зелёный шум.
В подъезде дети курят анашу,
Расселись алкоголики на травке,
Шуршит крахмалом пыльная листва...
Как мало всё же в мире колдовства.
Хоть до утра вонзай в него булавки...

Исправить мир - затея из затей -
Утопия обкуренных детей,
Идея-фикс для спившихся по сути.
Гнилые дни. И, пусть они минут,
Как мало в жизни радостных минут.
Когда ты сам не рад любой минуте.

И что нам мудрецы ни говорят,
Мы день и ночь глотаем всё подряд.
И ставим без зазрения на полку.
Вбираем всё, с понятием и без...
Как мало нам отпущено чудес.
Но мы и те не замечаем толком.

исход июля   28.12.2009
"De mortuis aut bene, aut nihil"

Иных – ушли, отверженных – вернули.
Менялась кожа словно береста.
И на исходе дряблого июля
Я по тебе стреляться перестал.

Что пуля? Свистнет – вот тебе и пуля.
Ноль смысла, но огромная дыра
В твоей душе зияет словно дуля
Расплатой за разгульное вчера.

Дыра – на совесть! Редкая зараза,
Клеймо на лбу: поденщик, лимита.
Ни коньяком края её не смазать,
Ни паутиной наспех залатать.

И что сказать тебе об этом лете?
Оно уйдёт кибиткой кочевой.
Я столько раз убил себя до смерти,
Убил себя до этой самой смерти,
Что обо мне не скажут ничего.

в новом свете   28.12.2009
Пускай атланты держат на весу.
Сейчас другие люди - в рот не суй
[Им палец, отгрызут и не заметят].
Они живут как в сказке: сон - не сон.
Им до лампады скучный Эдисон,
Они хотят всё видеть в новом свете.

Им по душе слепящий галоген.
У них в спираль закручен новый ген.
И всё своё - апостолы и мекки.
И подкупает, и пугает враз,
Что жизнь не только ими началась,
Но ими и закончится навеки.

Такой подход и яростный апломб
Хорош, пока не вдарит прямо в лоб
Ленивый перст языческого Бога.
Пока не окунутся в беспредел
Все, кто имел права и не имел,
Не втопчут в литосферу понемногу.

И всё же нет ни Бога, ни души -
Они без них чертовски хороши,
Блестящи посреди унылых прочих.
А ты живёшь и думаешь: а вдруг
Ещё один позволят сделать круг.
Хотя бы самый маленький кружочек.

в маете о потерянных днях...   28.12.2009
В маете о потерянных днях
Под литавры сердечного ритма
Попляши на отбитых краях,
Что остры будто новая бритва,

У своей непутёвой звезды.
Ей не сбыться уже путеводной.
И плыви в суррогате воды
Беспризорным каналом Обводным.

Сколько жизни ни чиркай тетрадь -
Навсегда нас останется трое.
Скоро лето придёт умирать
Под окно твоего новостроя.

И сгниёт в полутёмном вчера
Пресловутым разбитым корытом.
В пустоте проходного двора,
Где все выходы вновь перекрыты.

карусель   28.12.2009
"Я то, что разбилось.
Я то, что не склеишь назад..."
Флёр

Тоска страшна. Крепки её объятья.
Но в звёздный час,
Когда небрежно ты снимала платье,
Что шоры с глаз
Моих, подслеповатых и невзрачных,
Менялся вдруг,
Освобождался от палитры мрачной
Весь мир вокруг.

Молчи, Ньютон, кого твои законы
Одёрнут впрок?
Когда роняют трусики с балкона.
И в потолок
Привычно бьёт пластмассовая пробка
В фонтане брызг.
Мы пьём друг друга. Нам уже неловко
Напиться вдрызг.

Сменялись кадры в дикой карусели,
Сплошной аврал.
Но флюгер всё указывал на север,
А ветер – врал.
И в судный час [зачем, скажи на милость?
Сойди хоть раз]
Он стих, и колесо остановилось,
Разбило нас.

И вот тогда мы вспомнили как в детстве
Втирали нам,
Что действие умрёт в противодействе.
По головам
Созревших яблок застучит синкопа.
Но «пуск» нажат.
И ты летишь. И понимаешь: жопа.
Эм-жэ-квадрат.

песенка   28.12.2009
Пространным панегириком сезону
Из божьего распахнутого лона
На землю льётся пресная вода.
Картонный смерч, конторское цунами -
Что было, есть и будет между нами -
Такая же смешная ерунда.

Молись, что "ныне, присно и вовеки".
Гордись, что наши взбалмошные реки
Текли-текли - и не пересеклись.
И дело не в любви и не во вкусе -
Нам всё давно доказано "Zanussi".
И только перманентно тянет ввысь.

Тебе не по карману божья кара.
Пора взрослеть: убей в себе Икара.
Инструкция на крылья впереди
Стоящего перед тобою кресла.
И небо отворачивает чресла.
И мы летим. И песенка в груди.

плацебо   28.12.2009
Уже бегут морщинки по лицу.
Едва начавшись, всё идёт к концу,
Летит, сгорая проклятой кометой,
Вращающей хвостом как кинолентой.
Оставь финал на откуп мертвецу -
Нам снова придержали два билета.

Есть вход - для смелых, выход - для холуев.
У нас с тобой - места для поцелуев.
Мы моем их исправно каждый день.
Твори добро, читай тупые книги,
Носи [профилактически] вериги.
Сотри за дерзость собственную тень.

Пошли: чужие - нахер, брат - на брата.
Не прижигай - а вдруг уже стигматы?
Не лезь руками в божий холокост.
Не лей гуашь в готическое небо.
Нам, кажется, положено плацебо.
Налажен избавленья шаткий мост.

Забудь себя. Мы все идём ко дну.
И нам с тобою выдали одну
От всех невзгод священную таблетку.
Закончилась строка. Верни каретку.
Уйди уже. Пусть даже на войну.
Таких уродов убивают редко.

рисовальщик   28.12.2009
Много выпало чувств, а осталось лишь чувство вины –
Три кита обедневшей земли, их зовут её солью.
Я – способный болван. Я рисую тебя со спины
Как Дега, потому что лицо твоё больше не помню.

Как «нескоро» – казалось. И вдруг получилось – «уже».
Нежеланный младенец зачах в материнской утробе.
Я – такой эгоист. Я рисую тебя «неглиже».
Не осталось знакомой одежды в твоём гардеробе.

Не по морде оскал. Не по моде терновый венок.
Ты глядишь из окна: привыкаешь, что в городе осень,
Что чудак на пленэре рисует тебя как Ван Гог,
Потому что его перспективы неясные вовсе.

Сколько слов и метафор скрывают дешёвый секрет.
Словно шило в мешке и любовь не упрячешь, не так ли?
Я тебе подарю неоконченный этот портрет.
Из него с каждой чёрточкой жизнь утекает по капле.

backup   28.12.2009
Так всё проходит: девственность холста,
Ступени ускользающего трапа...
Пока буксует твой сердечный клапан
Везунчик выбивает сто из ста.
Так жизнь проходит. С чистого листа
До самого последнего backup'а.

Предательски обходит стороной
Привычно, по накатанной, по краю.
Я каждый день немножко умираю.
Пока я есть, живой и молодой,
Останься неоправданно со мной,
Задумчивая девочка смешная...

Когда минут отпущенные дни
Прошу тебя: "спаси и сохрани".


Все эти не рождённые стихи,
На sql затёртые грехи,
Насмешливо бравурные растяжки,
Засаленные ценные бумажки.
Где сотни мух висят на потолке.
Где говорят на русском языке.
И тянется газпромовская башня,
Что Брейгелю и замахнуться страшно.

Все эти бесполезные весьма
Гудящие приборы для письма,
Где словно звери за обрывки кадра
Сражаются избыточные ядра.
Где, повернувшись к прошлому, назад
Бредёт, ссутулясь, бронзовый солдат.
Где для раздумий слишком мало места.
Где мне давно уже не интересно.

не стихи   28.12.2009
К.

Любимая, как грустно жить на свете,
Когда твоё призванье – «лишний третий».
И в этом невеселом амплуа
Я фору дам «Де Нирам» и «Пачинам».
Ты тоже в это вляпалась. С почином.
Никчёмные «лямуры де труа».

А впрочем, только я… как будто школьник
Придумал этот чёртов треугольник,
Начерченный небрежно на песке.
Решенья нет. Не сходятся расчёты.
Но бог – велик [трудна его работа] –
Опять зовёт Беляева к доске. :)

Пусть избранный, рождённый божьим лоном,
Сакрально кувыркается с Зеоном –
Нажмём на стоп, побудем в стороне…
Любимая, как грустно жить на свете.
Ты для меня осталась вечно третьей,
Но инвазивно, намертво во мне.

Привет. Мы стали видеться нечасто.
Так ускользает, солнцами лучась, та,
Чей профиль заполняет весь портрет.
Что в сердце похозяйничала вдоволь.
Да так, что позавидовали вдовы –
Неясно, то ли жив, а то ли нет.

Привет. Но всё написано «Секретом».
И сложено, и выжато, и спето.
И скоро бородатый юбилей.
О чём писать? О снах или о книгах?
Чужих «Катринах», падающих «Мигах»?
Тупом распределении ролей?

От жадных фрикций раскалилась лампа,
Но патокой условностей и штампов
Затянута картина. «Бой в Крыму…»
«Алисам по плечо любые дверцы…»
«Играют все, а побеждают немцы…»
«Не доставайся ж больше никому…»

шестерёнки   28.12.2009
И замок ли щёлкнет, дверной заскрипит засов -
Всё одно теперь хода нет. И ходи по краю.
Если две шестерёнки выкрутить из часов,
Ты заметишь. И я замечу. А жизнь - не знаю.

Словно щедрый прикуп, ушедший в чужой кулак,
Разноцветный сон, он всё снится. И осень злая.
Ты подстать ей тоже. И лишь не поймёшь никак -
То ли ты, а то ли она тебя проживает.

листья   28.12.2009
Зачеркни плохие расклады, стасуй колоду.
Есть все шансы на первый взгляд.
Говорят, что осень - грустное время года,
Значит правильно говорят.

И встаёшь как новенький [с песнею] на рассвете:
Boot disk - ok, из трубы - дымок.
А в каком чистилище грязные листья эти?
Отслужившие летний срок.

Вот и будь ты хоть мать Тереза, хоть сука-стерва,
Хоть ублюдок, а хоть герой.
Есть три цикла [ну ты-то знаешь про главный первый],
И годичный ещё второй.

Ну а третий никто не помнит и не считает,
Он, как прежде, всего один.
Увядают листья жёлтые, облетают.
Загляни мне в душу, осень, - она пустая.
Замочи меня и уйди.

осенний марафон   28.12.2009
[москва]

Пока в Неве не кончится вода,
Пока земля питает города,
В которых я однажды побываю,
Когда дорожка выведет кривая,
Побудь со мной во сне и наяву,
Пока любовь придумана на вырост,
Пока разлуки судорожный выброс
Напутствует: "в Москву, в Москву, в Москву..."

Пока сюжет закручен словно жгут,
Пока нас помнят, жалуют и ждут,
Пока не всё, что держится в секрете,
Подвластно мудрецам на этом свете,
Пока ещё нас терпят на земле,
И мы терпимы в этом настоящем,
Я жду тебя. И вспоминаю чаще.
И на душе становится теплей.


[воркута]

На руках обратные билеты.
В УКВ - сплошная Катя Лель.
Длится от заката до рассвета
Шестьдесят седьмая параллель.
"Долетай..." До места ли, до цели.
Возвращайся. Цел и невредим.
И не суть, в преамбуле, в конце ли,
Главное - не дрогнуть в этой сцене,
Даже если вечность впереди.

День прошёл. И рад парнишка-срочник.
У него на всё ответ один.
Я опять пишу тебе подстрочник,
На любой язык переводим.
Всё не так: Луна и Солнце [в пятнах]
Здесь легко встают лицом к лицу.
Это нелогично. Непонятно.
Скоро дембель. Счёт идёт обратный
От любви к привычному концу.


[мурманск]

Словно омут разорви листок –
И его закрутит водосток…
Города как в зеркале похожи:
То уснёшь, обидев коллектив,
То уйдёшь, слегка не заплатив,
То забудешь что-нибудь в прихожей.

С верхней полки падать тяжелей
При любом количестве нулей
Из графы суммарного достатка.
Что досталось – с гордостью неси.
Видишь, провожаю до такси.
Значит, и у нас не слишком гладко.

Словно лоцман проложи маршрут.
Всё равно из памяти сотрут
Все стихи сопливые девчонки.
Вот опять, почуяв свежий год,
Блеском озаряя каждый вход,
Рвутся ввысь пластмассовые ёлки.

Скоро время занесёт стило
Где-то над колонкой "итого",
Подведёт осенние расклады.
Заходи. Есть чипсы и вино.
Всё случилось ровно как должно.
Всё сложилось, видимо, как надо.

в ожидании зимы   28.12.2009
Вот то была зима! Мела метель.
Мороз всё норовил схватить за бронхи
При каждом неоформившемся вздохе.
И ветром двери сорвало с петель.
Вот то была зима! Бела как сон
Болезненного мальчика с ангиной.
И скорая воняла как вагина.
И всё давил водитель на клаксон.
Вот то была зима! Не то, что явь,
Подгузники глобальных потеплений.
Мы вышли в люди, поднялись с коленей,
По сути ничего и не поняв.
И так, нахмурив брови, сморщив нос,
Устало добираемся до центра.
Зима пришла. Я за неё ни цента,
Ни воздуха, ни дыма папирос...

Была зима. Вовсю терялись в Альпах.
Я не мечтал о Ctrl'ах и Alt'ах.
Я о тебе и думать не мечтал.
Пока, тайком растя в себе зануду,
Всё думал: ну а кем я всё же буду?
Пока не оперился и не стал.
Тому и быть. Обиды - в пользу бедных.
А тут - зима. Из труб, казалось, медных
Не наскребёшь и унции в утиль.
Лишь календарь не мерял роль паяца,
Он просто не умеет притворяться.
Зима в пути. Зима уже в пути.

Прости, что так похожий на мишень я
Привычно у тебя прошу прощенья.
Слова пусты как сладкий шоколад -
Одна сплошная приторная соя.
Всегда есть шанс. У всех. Но эти двое
На разных словоблудьях говорят.
Зима, зима... Где дней твоих зачаток?
Где губ твоих холодный отпечаток?
На чьей невразумительной судьбе?
Я и теперь её заботы вижу.
Она, увы, не сделает нас ближе.
Она всего лишь ждёт меня к тебе.

грустно и всерьёз   28.12.2009
Вечерний поезд, омут сна и пьянки,
Вобрал своих попутчиков и стих.
Мы слушали "Прощание славянки",
И за славянку проводили их.

А ведь порой бывает не до смеха,
Порой бывает грустно и всерьёз.
Вот скрылся поезд. Человек уехал.
И сердце навсегда твоё увёз.

О, как же часто, словно зная средство
От сутолоки, скуки и тоски,
Мы уезжали, не сдвигаясь с места,
За пропасть непротянутой руки,

Стремясь прожить не то, не там, не с теми,
Успеть впитать последние лучи.
Так далеки, что замирает время,
Стыдясь своей способности лечить.

счета   28.12.2009
Накопилась жизненная пеня -
Задолжал за ласку и тепло.
Завтра утром выйдешь из забвенья -
За окошком снега намело.

Говори о коде и футболе,
О раздельной жизни и вдвоём -
Никуда не спрячешься от боли.
Никуда не деться от неё.

Не скули, что не бывает гаже -
Ржавых труб уж продувают медь.
Мы ещё однажды всем покажем,
Если будет там на что смотреть.

Мы ещё поспорим и о вкусе,
И о днях распахнутых дверей.
Говори. Слова ещё не в курсе
О бесславной участи своей.

стихи о снегопаде   28.12.2009
Так пусто внутри - хоть шаром покати.
И снега насыпало - не перейти
[Какие уж тут Рубиконы?]
Унылый ландшафт заоконный.

Простаивай в пробках, влюбляйся, болей,
Ты - маленький принц, ты - смешной бармалей,
Раздолье для нервного тика.
Сиди себе и не чирикай.

Пьянит мельтешение рыб золотых.
Но главный, с кем все почему-то "на ты",
Сдающий в прокат драный невод,
Глумится и ставит мне "неуд".

И значит, отмерен, как минимум, год.
Летит самолёт. И плывёт пароход.
И я здесь [в кильватере где-то]
Тебе посылаю приветы.

смотри меня во сне и наяву...   25.06.2009
Смотри меня во сне и наяву.
Я ни-ко-го не поминаю всуе.
Я есть. Здоров. И, кажется, живу.
Присутствую и числюсь. Существую.

Хожу в кино, на службу, в магазин.
Бывает, выхожу от скуки "в люди".
Живу один. Грущу и сплю один.
И вижу сны. И ничего не будет.

Ни радости, ни встречи, ни проблем
Надуманных, ни выдоха, ни слова,
Ни голоса, стандартом GSM
Разбитого и склеенного снова.

Не будет, сколько жизни ни перечь.
Она всегда нова, и нет в ней места
Соитиям людей, событий, встреч,
Которые лишь мне и интересны.

а если скажут – "пришла зима"...   25.06.2009
А если скажут – "пришла зима",
То это значит – на самом деле;
И вовсе ты не сошёл с ума.
Хотя, как водится, на пределе.

Но у печали предела нет…
Однажды выйдешь из этой комы
С утра. И женщины той портрет
Вдруг станет скучным и незнакомым.

А ты – спокоен, красив, умён –
Как все [нормальные, то есть] люди.
Как будто не было тех имён,
Которых, кажется, не забудешь.

И самый лучший из детства друг
Не возвратится. И слава богу.
Ты просто, сделав ненужный круг,
Подходишь вновь к своему порогу.

к вопросу о лирической дерзости   25.06.2009
"В чём бонус?... В чём лирическая дерзость?"
Либуркин

Мы выпили не всё. На дне души осталось
Достаточно чернил для "росчерка пера".
Но даже у любви своя бывает старость -
Ванильная тоска, цветная кожура.

Мы выбрали мечту - проверенное средство,
Для каждого, кому не нужно ни хрена.
Ведь даже у "блатных" одно бывает детство.
Родители - одни. И родина - одна.

Мы выучились гнать, вылизывать и резать.
Ведь в бонусах давно для нас секретов нет.
Но в чём себя таит лирическая дерзость -
Не знает ни один не умерший поэт.

музыка   25.06.2009
Из-под прилавка рыбного отдела
Знакомая мелодия хрипела,
Пропитанная запахом тоски
И плохо замороженной трески.

Под эту муть, какой, увы, немало,
Ты для меня когда-то танцевала.
Нам было и смешно, и невтерпёж...
Любовь прошла. Но ты ещё живёшь

Внутри меня. Давай-ка, Саня, водки
Возьмём, чтоб не мотаться до "Находки".
Да не скули. Я знаю, что "жена".
Но у тебя не злобная она.

Мы выпьем и расстанемся друзьями.
И я пойду знакомыми дворами
Туда, где правдой обернулась ложь.
Где ты не ждёшь. Не помнишь. Не живёшь.

зима пришла... запомни и не спорь...   25.06.2009
Зима пришла. Запомни и не спорь.
Благодари, что живы до сих пор
Все те, кого мы в силах уберечь.
А мы уж сами. Не о нас и речь.

Зима пришла. Замри и не дыши.
Не мёрзнут лишь бомжи и алкаши.
А мы пока [по первое число?]
Не те и не другие, пронесло.

В невидимой трубе течёт вода
И незаметно плавит корку льда
В моём дворе. И даже в феврале
Там спят собаки, греясь, на земле.

Без наших вен, без их горячих труб
Любой из нас не более чем труп.
Но для живых заснеженных сердец
Нужна, увы, совсем другая ТЭЦ.

двойники   25.06.2009
"Устало бродят наши двойники..."
Кусимов

Мне кажется, что все мы - двойники
Самих себя, томящихся в неволе,
Кропающих ночами в дневники,
Тоскующих по матери, по школе,

По той любви, пришедшей в первый раз -
Как первый снег - волнительной и белой...
Мне кажется, что мир с рожденья нас
Готовит к смерти. Грубо. Неумело.

Открой свою учётную тетрадь:
Дурное - стёрто, мелкое - раздуто.
Быть может, только детство вспоминать
Захочешь ты в последнюю минуту.

попытка текста   25.06.2009
Только растечёшься
По древу в строках,
Сразу же укажут
Плевком на место.
С грустью понимаешь,
Как мало прока
В этой неудачной
Попытке текста.
Впрочем, это только
Пустые дрязги,
Склока бедняков
В коммунальной кухне.
Кто-то среди ночи
Кастрюлей лязгнет -
Мир опять не рухнет.

Взвешивая чувства
Получишь брутто.
Медленно. По капле.
Тебя. Под кожу.
Если ты меня
Не читаешь утром,
Я уже и сам
За тебя тревожусь.
Только глупо резаться
В ини-яны.
Вглядываться в блики
На дне колодца.
Сказка не закончится.
Гром не грянет.
Жизнь не оборвётся.

конъюнктура   08.04.2009
Пуля - дура. Бабы - дуры.
И стихи - одна вода.
Вот поэт. Его фигура
Задевает провода.

Тише, тише! Рядом дети.
Успокойтесь, это - свой.
Он шагает по планете
Будто кризис мировой.

На груди его открытой
Бьётся в муках лиргерой.
И к разбитому корыту
Вьётся очереди строй.

Что поделать. Конъюнктура.
Хочешь сдать - тяни билет.
Бабы - дуры. Пуля - дура.
Пастернака больше нет.

орфографическое   08.04.2009
Так и шагай, жуя пресловутый "орбит".
И вспоминай её как вчерашний сон.
В осени есть пять капель дежурной скорби.
Всё остальное - только плохой сезон.

Просто игра. Сюжетная. Ролевая.
Не замечай в потоке дурных вестей,
Что и пейзаж за окнами оживляет
Только её присутствие на холсте,

Греет. И длит ненужные проволочки,
Что и тебя травмируют, и её...
Скоро зима придёт и расставит точки
Все до одной над нашими "i" и "ё".

Близость её имеет свои приметы.
Видишь, находят пристани корабли.
Видишь, горят осколки моей кометы
В каждом небесном слое твоей земли.

всё остальное   08.04.2009
Итак, пиши: она была в Париже.
А правды нет ни выше и ни ниже.
Атланты держат. Паровоз летит.
Всё остальное – на поля, за скобки –
Хранится в старой обувной коробке.
Не открывай – испортишь аппетит.

Так память однобока, фрагментарна.
Из непомерно долгого романа
Я помню дом, мелодию звонка,
Обои... Голос, плоть и запах кожи,
И нас с тобой на ангелов похожих
Дрожащих в отражении зеркал.

А всё, что кроме – споры, сплетни, склоки –
Оставь другим, не будь к себе жестоким.
Не изводи себя, не трать слова.
И ветхих снов податливую мякоть
Заставь себя – не то, чтобы запрятать –
Закрасить, зачехлить, заспиртовать.

Дожди, снега, мосты, огни, кометы –
Всё до строки написано и спето,
И ржавчиной изъедено дотла.
Всё остальное – никому не нужно.
Ты жив внутри, а мир живёт снаружи,
За стенкой из прозрачного стекла.

к чему вдаваться в мелкие детали...   07.04.2009
"Чего ещё? - Мне только двадцать пятый,
Мне хорошо и весело уже..."
Борис Корнилов


К чему вдаваться в мелкие детали? -
Самообмана искреннюю ложь.
Как хорошо, что мы с тобой не спали.
С тобою разве, милая, уснёшь?

И мне с утра пораньше этим летом
Взамен пике над плоскостью земли
Всё снились бы телесные сюжеты,
Ненужные подробности твои.

Погашен свет. И никого на сцене...
Какая пошлость! - Грим, суфлёр, софит.
Как хорошо, что ты меня не ценишь.
Поверь, что это ранит и бодрит -

Твоей души извечная прохлада.
Моей любви неловкой сквозняки.
Как хорошо... А больше и не надо
В конце строки.

угадывай картинки в облаках...   07.04.2009
Угадывай картинки в облаках.
Случайные лубочные сюжеты.
Моих сорочек длинные манжеты
Закатывай уютно на руках.

Хозяйничай на кухне голышом.
Заваривай чаи. Вари нам кофе.
Мир катится к локальной катастрофе.
Мы катимся. Нам очень хорошо.

Так хорошо, что будущего нет.
И словно рекордсмены в новом спорте
Волшебники штурмуют геликоптер,
Опутанные вихрем кинолент.

Так хорошо, что кажется на миг
Достигнутым намеченное счастье.
И рвёт на составляющие части
Пространство неба вертолётный винт.

Мир катится. Лови его. Лови.
Всё будет даже лучше, чем нарочно.
Без радуги. Без музыки. И прочих
Отчётных составляющих любви.


Вчерашние конфеты и фужеры
Останутся нетронуты уже. И
Взрезают небо первые лучи.
И радуга оттенка перламутра.
И это удивительное утро
Шумит дождём и красками кричит.

Я здесь стою немного посторонний.
Так непривычно мёрзнуть на перроне
Статично, без билета, багажа.
Проложен путь из безымянных станций.
Но, может быть, тебе совсем остаться?
И больше никуда не уезжать.

Конечно, мне нужна большая фора.
Я никогда не шарил в семафорах.
Всегда стоял к тебе на полпути.
А здесь так много суетливых граждан.
И никого не приглашают дважды.
И время как положено летит.

Но рьяно соблюдаются уставы.
Мелькают надоевшие составы.
И затихают в коме пустоты.
И рушатся, и тают поминутно
И это удивительное утро.
И радуга. И музыка. И ты.

седьмое ноября   07.04.2009
Мир переменчив, мутен словно связь
Причин и следствий, словно штаммы гриппа
Грядущего. А я живу то злясь,
То [иногда] судьбу благодаря.
С утра мороз, но снег ещё не выпал.
И, как тогда, седьмое ноября.

Прошло шесть лет. В бессилии, в борьбе
За яркий луч, за сливочные пенки.
Я ничего не помню о тебе.
А что я помню? Стол, диван, окно.
Карниз. Портрет Ахматовой на стенке.
И брошенное в угол кимоно.

Увы, судьба была предрешена.
Ты вышла замуж. Правда, лишь недавно.
Но я случайно видел из окна:
Ты в белом платье. Гости, суета.
Наверное, я был убит, раздавлен,
Не помню. Я не помню ни черта.

Причин и следствий муторную связь –
Узнаешь всё однажды без утайки
В конце пути. Но жизнь оборвалась.
Опять ноябрь. На городе налёт
Тоски и сна. Над бухтой вьются чайки
И падают, пикируя, на лёд.

сколько зим пройдёт, сколько лет...   07.04.2009
Сколько зим пройдёт, сколько лет.
Бросит ищущий. И обрящет
Тот давно позабытый свет
В неулыбчивом настоящем,
Где-то в самом конце пути,
Где до бога - одна дорога.
Ты свети для меня, свети.
Я боюсь темноты немного.

стихи о первой женщине   31.12.2008
Я женщину впервые узнавал
На старом развалившемся диване.
Мы комкали ненужные слова
О том, что происходит между нами.

Я выглядеть боялся подлецом,
Тем более боялся облажаться.
Ты делала серьёзное лицо
На все свои лихие восемнадцать.

Сошлись на том, что выключили свет.
И вследствие незнания натуры
Тянулись друг за другом как дуэт
Небезызвестной мухинской скульптуры,

Занявшей пост вперёд на много лет...
А в жизни – всё сгоняют с пьедестала.
В ней нет дивана. И тебя в ней нет.
Но что-то в сердце навсегда осталось.

любить бы эту женщину...   31.12.2008
«Как бы я с этой женщиной жил…»
Геннадий Григорьев

Природа ни умом, ни красотой
Не обошла. Не поскупилась даже.
Любить бы эту женщину за то,
Что вместе с нею никогда не ляжешь.

Вот ты живёшь, а счастья – нет и нет.
А быть должно. Копаешь глубже, ищешь.
Любить бы эту женщину за свет.
А остальных – за воду, газ и пищу.

Без цели, без надежды на успех,
Слезливых писем, монологов матом
Любить бы эту женщину за всех,
Кого любил, но потерял когда-то.

Но воля собирается в кулак.
Ведь ты – кремень! Не размазня. Не студень!
Любить бы эту женщину «за так».
За то, что просто есть она. И будет.

За то, что очень нежная в душе,
Под слоем слов и жизненного лака.
Но снова, закусив губу, в атаку
Стремится на последнем рубеже.

За волю к повседневному труду –
Из соевой судьбы лепить конфету.
Любить бы и любить её за это.
А любишь – за сплошную ерунду.

deja-vu   31.12.2008
Такое случилось со мной дежа-вю –
Я снова кого-то зачем-то люблю.
И гнать бы всё это из памяти
В три шеи дорогою-скатертью.

Калёным железом, поганой метлой…
Я комкал. Я резал. Я жадный. Я злой –
Как туча угрюмая в облаке –
В своём человеческом облике.

Летят самолёты, спешат поезда.
Прохожие ходят туда и сюда.
На то они все и прохожие –
Идут, друг на друга похожие.

Но мы-то с тобой не такие как все.
Предстанем в своей персональной красе,
Твердя о высоких материях.
Но в это не очень-то верю я.

Вот так резервист попадает в состав,
Немного всего до Луны не достав.
И там его крутит «динамо»
За то, что прямой и упрямый.

Любовь, о которую рвётся струна,
Случается в жизни всего лишь одна…
А всё остальное – ремейки.
Их можно смотреть со скамейки.

Так часто сон теряют и покой...   31.12.2008
Так часто сон теряют и покой.
Считать чужое, экономить крошки,
Отмеривать дрожащею рукой
Любовь и нежность
В день - по чайной ложке -
И времени скользящего песок.
От смерти находясь на волосок.

Ты можешь умереть в любой момент,
Возможности найдутся очень просто.
И нет тебя. А стало быть, и нет
Карьерного и личностного роста.
Недвижимых богатств, мобильных сот.
И некогда достигнутых высот.

Так часто стыд теряют и лицо,
На краткосрочность жизни уповают
С заранее придуманным концом.
И на чужом конце в ворота рая
Мечтают въехать словно цезарь в рим.
И бог привычно потакает им.

Не потому ли мир сошёл с ума,
Что мы ему позволили свихнуться,
Вскрывая зла и желчи закрома?
- Продукт из генов и ночных поллюций.
Теперь так модно, глядя свысока,
Ссылаться на изъяны ДНК.

городское   09.12.2008
«В эту зиму с ума
я опять не сошёл. А зима,
глядь, и кончилась…»
И.Б.

Мой город – царство грёз и сквозняка.
Приют для свалок и дорожных пробок.
Невидимых застройщиков рука
Крушит пятиэтажие коробок –
Здесь будет современный новый дом.
Такие строят сразу же с жильцами.
Среди Гоморры – маленький Содом,
С фальшиво подвесными небесами.

Мой город окунается в весну,
Он чистит перья уличных растяжек.
Он вечером с тобой послушно ляжет,
И тут же не даёт тебе уснуть.
А утром, заспан и слегка небрит,
Он, неподсуден и беспечно весел,
Мурлычет нам мотивы глупых песен,
И кофе пьёт, и гасит фонари.

А впрочем, до весны ли, господа?
Копаемся в хэлпах и мануалах.
Тем более, сама собой вода
Ворочается в реках и каналах,
Густая, петербургская насквозь.
В неё войти – недолго в Иисусы.
И кажется, сама земная ось –
Согни – туристам радостным на бусы.

Мой город разъедает изнутри
И душу (если есть такая штука,
Отвергнутая правильной наукой),
И тело – непригодно для витрин.
Стройней тебя – замшелый манекен.
А впрочем, мы ведь тоже манекены –
Тупые Барби и крутые Кены
Напиханы – маньяк на маньяке.

А худшие из нас плетут стихи
И мечутся безумно, словно блохи,
Ахматовы и Блоки от сохи
Разыскивают (тщетно) «код эпохи».

Налепят город, словно фантик, в стих,
По ямбам распылят его небрежно.
И я пишу о городе всё реже.
Надеясь, что он добрый и простит.

постсезонное   08.12.2008
Отправляй ненужное в корзину,
Подводя сезонный свой баланс.
Посчитай в уме расход бензина,
Соверши вояж по магазинам,
Позови подруг на «дёрти данс».

Расцвети в своей желанной роли,
Собирай зигзаги взглядов-стрел.
Я и сам тобою просто болен,
Я ведь тоже – дай мне только волю –
На тебя одну бы и смотрел.

На меня ж всё чаще смотрят косо.
Говорят, что занят лишь собой,
Зрю не дальше собственного носа.
В душу норовят залезть без спроса,
Забуриться, как к себе домой.

День прошёл, заточенный и кислый,
В шуме споров, в хлопанье дверей.
Ты одна – важней любого смысла.
Ноготком зачёркиваешь числа
На моём пустом календаре.


её послал мне бог...   08.12.2008
Её послал мне бог, забыв сказать,
Что делать с дорогим его подарком.
Она врачует будто санитарка -
Дежурный бинт и взгляд «глаза в глаза».
Она - морфин, не в силах исцелять.
Кружится перелётною жар-птицей
И всё стремится к богу прислониться,
А там - «не прислоняться». И опять...

Она - богиня. Честь ей и хвала.
Она - деструктор. Собирай детали.
Она как будто из нежнейшей стали,
Закована в шелка и кружева.
Она во сне, срываясь и дрожа,
Идёт к тебе, святая и нагая.
Она - любовь. Которой избегаешь,
Но ни за что не хочешь избежать.

Её послал мне бог, забыв сказать,
Что он и так подносит всё на блюдце,
Что мы могли однажды разминуться
И никогда не встретиться опять.
Она - моя спасительная нить.
Она светлее самой белой ночи.
А я устал от слов и многоточий...
Абзац. И ничего не изменить.

Она - из книги судеб, из песка,
Бегущего в часах бесстрастно точных,
Пока не опрокинет их рука.
Она близка, до одури близка.
Шумит дождём по трубам водосточным.
Струится. И не хочет отпускать.

Она - тоска. Вселенская тоска.
И смотрит в душу искренне и прямо,
Спокойно и немного свысока.
Она - река. Холодная река,
Течёт в свои большие океаны.
И вслед за ней несутся облака.

март   21.10.2008
с января по декабрь…

Когда придавит бытовуха.
И ты, вражиной взят в кольцо,
Лишённый голоса и слуха,
Теряя статус и лицо,
Горланишь матерные песни,
Берёшь ларёк на абордаж.
Диагноз, в принципе, известен –
Смутьян, придурок и алкаш.
Увы, народная дружина
(С повязкой алой на руке,
Блюститель меры и режима)
Осталась в розовом совке.
И не сыскать под слоем пыли,
Квартирной пыли городской
Времён, какими бы ни были
Они на памяти людской.

Когда придавит бытовуха.
А ты, вражиной взят в кольцо,
Опять от уха и до уха
Улыбку тянешь на лицо.
Горланишь плюшевые песни,
Точней – бубнишь себе под нос.
Тогда диагноз неизвестен –
Пора задуматься всерьёз.
Когда вмещает звездопады
Формат оконного А3.
Когда душевная блокада
Тебя сжимает изнутри.
И не сыскать под слоем пыли,
Под слоем жизненных белил
Ни тех, которые любили,
Ни тех, которых ты любил.

Всё те же матовые стены
И свет подъездов в сорок ватт.
Я сплю недолго и не с теми.
И сам же в этом виноват.
Март – круглый год, он беспардонен.
Как ты сама же говоришь.
И небо падает в ладони
В одном плевке от срезов крыш.
Какое небо голубое!
За этой тучной пеленой.
В него ныряешь с головою,
С хрящами. С песней – на убой.
С неверой в бога, с верой в бога.
С наивным трепетом в груди.
Весна идёт! Весне дорогу
Попробуй, сука, перейди.


день поэзии   21.10.2008
Привычно разглагольствует в эфире
Увенчанный молвой иконостас.
Судьба дарует ежегодный шанс
Зацикленным на музе и на лире
Задуматься о собственном кумире.
Не жди, что День Поэзии всемирен –
Всего лишь праздник каждого из нас.

Опять горит и кружится планета.
Но это лишь фантомы, миражи,
Твоей души слепые витражи,
Твоя любовь, оставшаяся где-то
Стихами на просторах Интернета.
Пойди на грех – убей в себе поэта.
Умри. И начинай спокойно жить.

Но тянет как магнитом на вершину.
И вот, сочтя искусство ремеслом,
Свой лучший стих ваяешь о былом,
Анапест разминая будто глину,
Но он всегда готов наполовину.
Так ветер никогда не дует в спину
В бессмертие идущим напролом.



до бесконечности   21.10.2008
Это ещё не концовка. Не всё.
Снова по улицам ветер несёт
Ночи весенней прохладу.
Сонная ёжится рябью Нева.
Видишь, лоснятся её рукава
От черноты Ленинграда.

Каждый по-своему сходит с ума.
Щерятся проймами окон дома,
Словно в следах червоточин.
Ты мне никто – ни любовь, ни жена.
Но получается, ты мне нужна
До бесконечности. Очень.

кого нельзя забыть   21.10.2008
Как (с)сору не выносят из избы
Расталкивают по закутам комнат,
Так помнят тех, кого нельзя забыть.
А ты не помни.

Довольно и того, что каждый день
Я помню, что влюблён и моногамен.
Так прожитое, словно по воде,
Идёт кругами,

Чумой по разноцветным городам,
По белым дневникам потоком грязи.
Так пропадают души навсегда.
Так рвутся связи.

Так длится путь по чёрной полосе.
Так закрывают в будущее двери.
Так расстаются только насовсем.
А я не верю.


всех линий не предскажешь по руке...   21.10.2008
1.
Всех линий не предскажешь по руке.
Дожить бы до скупого пенсиона,
И стариться с почтенною матроной
С колечками в пупке и языке.
Отточенное шмыганье ноздри,
Тату на ревматичной пояснице.
Она уже заранее мне снится,
Любительница танцев до зари.

Топ-менеджер, приученный к труду,
Поклонница великого белана.
Ушёл от нас он рано, очень рано,
В далёком восемнадцатом году.
А впрочем, слишком много кто ушёл.
Пора и нам примериться к могиле.
- Скажи, Серёж, а хорошо мы жили?…
- Конечно, дорогая. Хорошо…


2.
Всех писем не напишешь. Не пиши.
Они теперь на сервере желтеют.
Какая неудачная затея –
Отдать кому-то капельку души.
Не каяться, не думать, не считать.
И раздарить до дна её, по капле.
Пока плывёт твой раненый кораблик –
Улиссам и Ковчегам не чета.

Не всем мечтам сбываться. Не грусти.
Мы всё равно идём своей дорогой,
Своим путём от бога и до бога,
Он жёлтым кирпичом его мостил.
Ты только никого не торопи.
Там скоро изумрудные ворота.
Повежливей со мной на поворотах,
Я тоже иногда могу втопить.


3.
Всей правды не расскажешь. Не читай.
Слова мертвы, едва успев случиться.
Ты смутно снишься, ты меняешь лица.
А остальное – вовсе суета.
Проходит всё – и радость, и печаль.
Пройдёшь и ты – с восхода до июня.
А там и я – талантливый и юный –
Однажды научусь тебя встречать.

Всем душам не встречаться. Не встречай.
Гони меня на все четыре. Хватит
Торжественно ворочаться в кровати
И запах вожделенья источать.
Как можно в этом скудном языке
Найти слова для глаз, ключиц, коленей?
Всей правды не впихнёшь в стихотворенье.
Всех линий не предскажешь по руке.


дети индиго   18.10.2008
Словно два чужака, словно дети индиго,
Для которых весь мир как раскрытая книга,
Мы бежали с тобой, мы читали по лицам,
Всё, что с нами на свете однажды случится,
Не пройдёт стороной. Не уйти от ответа.
Это время спешит, оформляет билеты.
Это пуля летит с пограничной заставы.
Это книги учёта листают устало

Те святые, которым так трудно молиться,
Доверяя свои непутёвые тайны,
Для которых твоя козырная синица
Однозначно убога и даже летальна.
Только я доверяю короткому мигу,
За который ты мне успеваешь присниться,
И читаю тебя как раскрытую книгу,
Из которой сам вырвал пустые страницы.

зима-весна   14.06.2008
зима

Забылось всё. Кому я изменял.
Кого я променял на этом свете.
И вот уже на днях через меня
Зима перешагнёт и не заметит.
Перемахнёт. А я ни там, ни тут.
Так безупречен в качестве мишени.
Стою. Смотрю, как счастливо живут,
Не спрашивая глупых разрешений.
Мне ж выбор был всегда не по нутру.
Я прячусь от себя, от всех, от мира
За пазухой двухкомнатной квартиры,
В которой рос. И вырос. И умру.

весна

Мне нравится, что ты больна не мной,
А безупречным правильным мужчиной.
Который, приходя к тебе домой,
Не вынужден выдумывать причину.
Мне нравится, а почему – бог весть.
Любовь – она без палочки как ноль. Но
Мне даже льстит, что так оно и есть.
Что от любви ещё бывает больно –
Мне нравится, что я ещё живой.
К Макарова иду по Биржевой.
И главное – причуда из причуд! –
Что я тебя ни капли не хочу.

как раньше пил - так нынче не могу...   14.06.2008
Как раньше пил – так нынче не могу.
Не тот азарт. И завтра ровно в девять
Придти на службу, согнутым в дугу,
(Вломиться как развратник к юной деве)
Себе позволить также не могу…
Вообще, уже пора носить костюмы,
Переходить на командирский юмор
И отдавать команды на бегу.

Как раньше жил – так нынче не могу.
Прознав уже, что всё вернётся, с горкой,
Желаешь процветания врагу
И мажешь ему булочку икоркой.
И дурочку (я в сердце берегу
Её портрет наивно-конопатый)
Уже давно не посылаешь матом.
Но всё равно останешься в долгу.

Как я любил – так нынче не могу.
Закрыв глаза, забыв про всё на свете.
Как будто я на этом берегу,
А ты на том. И цифры на билете
Считая. Их тайком считают все.
И верить, что однажды на рассвете
Мы всё-таки найдёмся. Словно дети,
Спустя два года, в лесополосе.

до самого последнего "прощай"...   14.06.2008
Не ангел и не бог меня берёг.
Мир, замыкаясь, стал сугубо личным,
Бесцветно серым, словно в новостях.
И всё сложилось как-то поперёк,
Наперекор тенденциям столичным,
И вкривь, и вкось, и наперекосяк.

И длится вереница скучных дел.
Разлука к бесконечности стремится.
Ни гордости не хватит, ни стыда.
Но для всего находится предел.
И в память замурованные лица
Уходят вместе с нею без следа.

И вот она, торжественно чиста,
Таращится в распахнутое небо,
Распаханное грудью стюардесс.
И небо цвета чистого листа –
Механик душ, торговец ширпотребом –
Блестит и вызывает интерес

Как в первом классе новенький букварь,
В нём были только благостные лица –
Заряженная святостью праща.
Но бог вдыхает жизнь в любую тварь,
И твари этой воздухом давиться
До самого последнего «прощай».

зима кончается...   14.06.2008
Тебя не слышно в весеннем гаме.
Тебя не видно почти семь лет.
Земля качается под ногами.
Зима кончается на земле.

Зима, с которой давно уж квиты.
Ни в стёклах, высаженных в сердцах,
Ни в зеркалах, на куски разбитых,
Не видел ты своего лица.

Но так случилось, семь лет - и баста.
Не верь, не бойся и не проси.
Зима кончается слишком часто.
Земля несётся вокруг оси.

Семь лет находит коса на камень.
Семь долгих странных бездарных лет.
Земля качается под ногами.
Весна расходится по земле.

лирика непейзажная   05.05.2008
Природа делит по доходам.
Природа делит по полам.
Неутомимая природа
Ломает танкер пополам.

А что там вытекло.… О боже!
Но ты гасись в своей норе.
Природе это всё, похоже,
До самой до индиффере…

Стоит на полюсе палатка,
Ракета космосом летит…
Природа делит без остатка.
А что останется – в утиль.

И я пред ней склонился б или
В безумном танце впал в экстаз,
Когда бы дочиста не слили
Всё то, что связывало нас.

И что теперь глядеть с укором
На пресловутый «млечныйпуть»?
Природа делит без разбора.
И без возможности вернуть,

Когда прилежно, год за годом,
Воздав убогим по делам,
Неутомимая природа
Ломает души пополам.

до завтра   07.04.2008
Бесснежною зимой
(Возможно, к февралю
Снег всё же закружит
В подобии метели)
Мне кажется порой,
Что я тебя люблю
Без малого всю жизнь
Плюс-минус две недели.

А ты – как этот снег,
Что выпасть обречён.
Обычный человек,
Который хочет счастья.
Нечаянно во сне
Коснись меня плечом.
И, уходя навек,
До завтра попрощайся.

часы, идущие назад   02.04.2008
«Нас утро встречает прохладой…»
Борис Корнилов

И всё пройдёт. Фундаментная гладь
Иллюзий заколышется и рухнет.
Часы идут. Хотя на этой кухне
Они всегда отсчитывают вспять.

Часы идут. С прицелом на рассвет.
И поздно лечь. И рано просыпаться.
И пепельницы пухнут, словно ранцы
Учеников, от наших сигарет.

Учиться жить. Серебряным ручьём
Последнее вино журчит в бокалы.
Кто знает, много это или мало?
Состаримся, тогда уж и сочтём.

Любимая, ты смотришь свысока,
На то, что я слова рифмую ловко.
И звякает сигнал микроволновки
Как колокол весеннего гудка.

зимняя ночь   31.03.2008
Над дорогой словно ватная
Хмарь туманная висит.
Погромыхивает латами
Самозваное такси.

Фонари огнями хмурыми
Подменяют белый свет.
Никогда не спите с дурами,
Даже если умных нет.

Скоро дом. Подъезд и лестница.
Лифт, четыре этажа.
Что-то в нас слепое бесится,
Возбуждаясь и дрожа.

Ты зарубками и рисками
Ночь чужую не тревожь.
Где-то спит такая близкая,
Что хоть заживо под нож.

сладкое   31.03.2008
Как сладкое, что съелось и забыто,
Останется отдушиной для быта
Мерцанием обёрточной фольги
Красивой, но пустой как дом бумажный,
Вот так и мы останемся однажды
С тобою - не друзья и не враги.

Тупое ощущение покоя.
Как сладко, что на свете есть такое.
Как странно, что, идя на компромисс,
Капризничаем, злимся, словно дети,
Как будто всё, что нам дано на свете
Не возвышает, а бросает вниз.

Но всё, что происходит год от года,
Что правит нас – по сути, есть погода,
Течение без дна и берегов.
А свято место пусть займёт другая.
Меня судьба сама оберегает
От всех. И от друзей, и от врагов.

перепачканы отпуск и снег...   31.03.2008
Перепачканы отпуск и снег.
Так и катится время к весне.
Ты – красивая и молодая.
Никуда не уйти от клише:
- Затаилась обида в душе,
- Холодает…

Перепутались грёзы и явь.
Пустоту за основу приняв,
Ничего и получишь в остатке.
Снег растает. Его не спасти.
Это время верстает пути.
Всё в порядке.

Просто каясь, стеная, грубя,
Я живу от тебя до тебя.
От весны до весны. А на свете
Счастлив то, кто находит причал,
Кто живёт от начала начал
И до смерти.

он выходит из будней...   23.01.2008
Он выходит из будней за грань ширпотреба,
И летучий корабль устремляется в небо…
Он кроит тебя снова из чёрного хлеба
Натощак поутру.
Запиши его в гости, спокойствия ради.
Он хотел твои волосы нежные гладить.
Он хотел твои губы в осенней помаде
Целовать на ветру.
И когда подступает душевная кома,
Он стремительным шагом выходит из дома.
Разреши ему сделать какой-нибудь промах
И пропасть до поры.
Подари ему вечер тепла и уюта.
Он так долго пытался быть нужным кому-то.
Он тебе благодарен за эти минуты
Невзаимной игры.

дождливый день прозрачен и невесом...   23.01.2008
"Всё пройдёт. Всё уже проходит.
Вот и я тебя разлюбил..."
Алексей Ефимов

Дождливый день прозрачен и невесом.
И мир кружится чёртовым колесом.
И сердце бьётся, кажется, в унисон
С неровным стуком капель по тротуару.
Сезон окончен. Выстрадан и закрыт.
Герой распят и выведен из игры.
Дурной пример для книжек и детворы.
Кумир для пьяных песенок под гитару.

Глумится мир: то плакать зовёт, то петь.
На первый взгляд – нелепая круговерть.
И всё же есть надежда ещё успеть.
Не первая попытка. И не вторая.
И можно жить от «абы» и до «кабы».
Но в каждый миг нетрудной твоей судьбы
В любой, кого, казалось, ты позабыл,
Душа твоя осколками умирает.

весы   23.01.2008
Коли спиться – глупо, ходи, трезвей. Ковыряй гипрок на стене иллюзий. Для тебя довольно того, а ей никогда не хватит, счастливой музе. Коли снится баба – то быть беде. Колесницей дабы не быть размятым, ты прекрасно знаешь, чего и где теребят стихом и целуют матом.
Коли биться нечем, ходи с туза. Расправляешь плечи и врёшь в глаза. Ты совсем не вечен. Ты понял сам, что спасуешь и поминай как звали. Так и лыбят все тридцать два. А ты отнимаешь время у пустоты. И, доверив душу Простым Весам, всё людей смешишь, ждёшь своей медали… А она не станет, когда взаймы. А она местами почти как мы ненормальной стала. Да грех весам доверять надежду, уж ты-то знаешь. А она такая, что меркнет свет. И ходи кругами хоть сотни лет. И идёшь как тень. Но счастливым сам от хожденья этого не бываешь.
Коли хвастать нечем, пиши как все. Ковыляй по выжженной полосе. И однажды сдохнешь во всей красе. Только ты не думай, крути педали. А она как ветер уходит прочь. И никто на свете тебе помочь никогда не сможет. Как будто ночь, а тебе похвастали и не дали.

чужие люди   22.01.2008
А был ли мальчик? Да нет. Любовник.
И секс. Поспешный. С тобой. Во вторник.
Цветы небрежно на подоконник.
Они могли бы стоять дней пять.
Гора из шмоток, стихов, подушек.
Остывший кофе – зачем он нужен?
И мне плевать на твоих подружек,
Что жизни учат тебя опять.

И наплевать, что она, быть может,
Мне в сотни, тысячи раз дороже
Тебя, с такой бархатистой кожей,
Тебя, не требующей взамен
Ни слов, ни мыслей, ни чувств, ни судеб.
Плевать. Так вышло. И будь, что будет.
Но мы друг другу – чужие люди.
Которым просто бороться лень.

рядом с тобой   15.01.2008
Чёрт его знает, что думают там, наверху. Да
Время всё катится, бог его знает, куда.
Псина бездомная, пёс её знает, откуда,
Ждёт поезда.
Ветер сегодня какой. Опасайся простуды.
Шарфом любимым озябшие плечи укрой.
Кто его знает, как сложится дальше. Я буду
Рядом с тобой.
Первые запахи осени. Сыро и мрачно.
Сумерки режут бока о края фонарей.
Тихо. Но, кажется, кошка забытая плачет.
Там, у дверей.
Только не думай, на счастье ли бьётся посуда,
Падают звёзды и рушатся в пенный прибой,
Катится время, да всё по наклонной. Я буду
Рядом с тобой.

якоря   14.12.2007
Сознанье пустоты приходит с холодами, когда вдвойне важней тепло любимых рук…
А люди – как стихи. Они надоедают. Зажмурься, отмахнись – и никого вокруг. И вдоль, и поперёк прочёсываю город – балтийский Сайлент Хилл – все площади пусты и улицы глухи. И где-то ходишь ты. И встретимся нескоро.
Ходы известны – контора пишет. И нет секретов о нас с тобой. А я шагаю домой и слышу, как осень шкерится за спиной. Покрылось лето гусиной кожей. Сдавай билеты на вход в Провал. И тратить нервы – себе дороже. И ты, конечно, опять права…
А в доме тихо. Подъезд загажен. На стенах – росписи. И коллаж: какой-то Паша так любит Машу, что матом кроет их весь этаж. Вини их, лирик, в поганом вкусе. Наставь их, лирик, писать в приват. Но Паша любит. И Маша в курсе. А стены? Господи! Наплевать. Я сам закрашу…
Я сам на деле не вижу дальше маранья стен. Какие б маски мы ни надели, они не смогут поднять с колен. Какие б цепи нас ни душили, они не рвутся пожатьем плеч. И этим мелочным «или – или», наивно призванным уберечь…
От самого себя… Укрыться в эти будни, как в логику программ и россказни врачей, учившихся на три. А если станет трудно, пришлю Говоруна сказать, что я ничей. Идущие на смерть приветствуют кого-то. Летящие на свет в безмолвии горят, пьяны от самого сознания полёта. Который оборвут тугие якоря.

колокольчик   16.11.2007
Уже на втором продолжительном круге
С потерей иллюзий открылись глаза.
Любимая женщина вышла к подруге,
Да так и забыла вернуться назад.

И что-то случилось. Скопилось, сломалось.
Свернулось прокисшим давно молоком.
И где-то позвякивал – самую малость,
Но всё же звонил – колокольчик. По ком?

Любить тебя нежно. Терять тебя проще,
Распутав на рифмы словесную ложь…
На старой «семёрке» безликий извозчик
Везёт меня к дому, где ты не живёшь.


Да так и поделим. Остаток – в уме, и,
Забыв поскорее, умножим.
Ты писем не пишешь. А я – не умею.
Вилять и выгадывать тоже.

Давай притворимся, что мы не знакомы.
Одно уже это – немало…
Любимая женщина вышла из дома.
Да так навсегда и пропала.


мельницы   16.11.2007
У природы кончаются листья
Так же скоро, как нынче слова
У меня. И неслышно, по-лисьи,
Подступает зима. Жернова
Зимних дней перемелют печали,
Без остатка в труху изотрут.
Упадёшь, начинаешь сначала –
Лишний труд.

А бывает, выходишь из дома
И привычно уже сознаёшь –
Удивительно много знакомых,
Для которых понятная ложь
Заготовлена в срок. Так и рвётся
С языка соскочить поскорей
Удивительно: люди – колодцы.
Плюй да лей.

На всеядные мельницы воду
Поэтической дури и лжи.
Да, бывает, стасуешь колоду,
Что повыпало – с тем и дружи.
Не прибудет тебя, не убудет
На житейском таком вираже.
Слишком рано кончаются люди.
Я – уже.

твои корабли   04.10.2007
Нас жить и любить приучили по ГОСТам.
Останься… останусь… Уйди… ухожу…
Неловким движеньем, я знаю, так просто
Разрушить доверия тонкий ажур.

Душа нараспашку сходила с подмостков –
"Любовь наизнанку", увы, не пошла.
И что хорошо для сопливых подростков –
Для нас не годится. Не айс. Не аншлаг.

Проекция чувств на житейскую плоскость
Порой принимает уродливый вид:
Расплывчатый контур – ни блеска, ни лоска.
Ты ранен. Ты тонешь. И вскоре убит.

Лишь горькая правда причудливой смеси –
Коктейль из потерь и бескрылой любви.
И сердце – как в клеточку, десять на десять,
Мишень, где пылают твои корабли.

ближе   03.09.2007
Всё пройдёт. Нужно просто собраться и жить.
Но в загадочном сне я опять тебя вижу.
Если путь до тебя через пропасть лежит,
Значит, ближе мы. Ближе мы. Ближе.

Если мир равнодушен, а чаще – жесток.
Если люди грызутся как дикие звери.
Только солнце под утро спешит на восток.
Значит, верю я. Верю я. Верю.

В глубину твоих глаз, не боясь утонуть.
В наготу твоих слов, без раздумий о фальши.
В неизбежность пройти этот выбранный путь.
Значит, дальше мы. Дальше мы. Дальше

Будем лгать и мечтать. Не пускай! Не держи.
Я тепло твоих рук сохраняю в ладонях.
Я пройду. Нужно просто собраться и жить.
Значит, двое нас. Двое нас. Двое.

считалка   03.09.2007
Рельсы, рельсы. Шпалы, шпалы. Бесконечные пути... Ты однажды мне сказала: «Не могу я так, прости». Не могу ни так, ни этак. Хочешь, плюнь, а хочешь, брось. Вот тебе и все ответы. Рельсы, шпалы, паровоз… Паровоз пыхтит победно. Цепь вагонов, колея. Кто за ним плетётся следом? То ли ты, а то ли я. Кто спешит на повороте обогнать свои мечты? Кто вперёд пролезть не против? Может, я, а может, ты. Въехал поезд ранним утром в город словно неофит. Город чавкал. Город будто вечно ест, когда не спит. Ест тебя, меня. И иже. Без разбора. Без вины. Ест и дальних. Ест и ближних. И случайных. И приезжих. И осёдлых. Коренных. Мы бежали. Мы устали. Мчались словно на пожар. Мы у цели. На вокзале. Мы приехали. А жаль. Ты сказала… Мы сказали. Разговор затёрт до дыр. Мы стоим в огромном зале. Смотрим новыми глазами на застывший старый мир.

не прощаться   27.08.2007
Под сонный разговор, теряя нить,
Разглядывать прохожих и курить
За столиком из тусклого металла.
Следить, как утекают пузырьки,
Рассматривая линии руки
Сквозь призму запотевшего бокала.

Смакуя чьи-то строки по слогам
Разгуливать по невским берегам,
Вдыхая запах тины и бензина.
И лучшего приюта не найдя
Укрыться от июльского дождя
За красочной витриной магазина.

И здесь, по эту сторону витрин
Вдруг жизнь свою увидеть изнутри
За пеленою водного тумана.
Из сотен или даже тысяч книг
Она предстанет в этот самый миг
Страницами дешёвого романа.

Домысливать привычно новый том,
Мечтать о чём-то мелком и простом,
Не думать ни о боге, ни о счастье,
Шагая по умытой мостовой.
И никогда не встретиться с тобой.
А значит, никогда и не прощаться.

Пока не выболит насквозь...   27.08.2007
"Жизнь оперирует лучше любого хирурга..."
Роберт Рождественский

Пока не выболит насквозь
Всё до последней капли боли.
Пока ещё не удалось
Забыть и справиться с собою.

Когда касание руки
Пронзает грудь и сводит плечи.
Пока ведутся дневники.
Пока… Увидимся… До встречи.

Да так и жить. Не сделать шаг.
В тебя, фатально, словно в омут.
И замереть. И не дышать.
Боясь спугнуть и не запомнить.

Пока не хлынет на паркет
Внезапно горлом боль чужая.
Пока горит в окошке свет…
Фонарный, тускло отражаясь.

ты уезжаешь   27.08.2007
Знаю, земля кругла. Но, по сути – блюдце.
Два островка, а между – одна вода.
Ты уезжаешь. Скоро должна вернуться.
Но почему-то кажется – навсегда.

Как ни радей за совесть – мы просто люди.
Мир загоняем в рамки своих надежд.
ТЫ уезжаешь. НАС никогда не будет.
МНЕ не хватает. Не подобрать падеж.

Ты уезжаешь. Это последний вечер.
Завтра всё будет поздно и далеко.
Мы усложняем. Как же, наверно, легче
Без надоевших штампов и ярлыков.

Будет всё, как должно быть и не иначе.
И, несомненно, правильней и честней.
Ты говоришь: «Всё к лучшему». Это значит
Знаешь, как будет лучше тебе и мне.




по Садовой   24.08.2007
Как хорошо не знать, что нынче модно –
Нет цели уложиться до шести.
Какое небо ясное сегодня –
Не нужно на плечах его нести.

Какое небо! – Ангелы всплакнули,
И мой пускает скромную слезу.
А там, внизу, гудит привычный улей
И держит это небо на весу.

А облака плывут. Держать их тщетно –
Они от наших смыслов далеки.
И, несмотря на линии руки,
Мы встретимся с тобою этим летом.


И как подросток – глуп и слишком юн –
Я уменьшаю и ласкаю имя.
Гуляет по Садовой твой июнь,
Скрывается дворами проходными.

Но лишь потом, под вечер, наяву,
Я вспоминаю обо всём, что в силе.
И еду по мосту через Неву.
И слышу аромат твоей ванили.


***   16.08.2007
А когда повезёт – ты держи крепче,
Потому как упустишь – жалеть поздно.
Ведь у нас на двоих лишь одна встреча
На пути по маршруту «земля-воздух».

Только мимо пройти, уступить легче,
Подождать подходящий какой случай.
Но у нас на двоих лишь один вечер,
И, быть может, из всех вечеров лучший.

И пускай путь заказан на Путь Млечный
(Что Вселенским масштабам твои страсти?)
А у нас на двоих есть одна вечность
И одно неземное как ты счастье.


о чём ты думаешь?...   16.08.2007
"...так легко и приятно дались нам эти шаги..."

О чём ты думаешь, одна проснувшись? Сонными глазами глядишь в окошко, где видна природа в стиле «юго-запад». В одной руке держа утюг, другой на завтрак режешь что-то. О чём ты думаешь, мой друг? Спеша привычно на работу. В зовущем трепете духов, всей плотью впитывая лето, вдыхая вонь чужих грехов и горечь первой сигареты, не видя никого вокруг, бежишь стремглав на остановку. О чём ты думаешь, мой друг? Барьеры луж минуя ловко. Спасибо, сотовая связь. Прогресс идёт почти бок о бок. О чём ты думаешь? Томясь в одной из бесконечных пробок. Что жизнь похожа на лото, и барабан нечестно крутят. О чём ты думаешь? О том, что думать не о чем, по сути. Что каждый сам себе кумир – лепи, как можешь, эту глину. Что миром только назван мир – но он с войной наполовину. И, замыкая новый круг, впадая в сон, забыв про ужин, о чём ты думаешь, мой друг? Не обо мне. Мы просто дружим. Простая логика людей: на мыслях – грязь, на солнце – пятна. О чём ты думаешь и где – уже неважно и понятно. Дыханьем губ, изгибом рук, призывом глаз живёт мой почерк. О чём ты думаешь, мой друг? Одна проснувшись этой ночью… о том, что глупо это очень... о том, что не бывает вдруг…

дороже всего на свете   18.06.2007
Кружится мир юлой на твоей оси.
Всё, что захочешь, ты у меня проси.
Мир всё равно пустой без тебя и серый.
Я тебя ждал, насколько хватало сил.
Верил в тебя, насколько хватало веры.

Капля за каплей – камень души дробит.
Время меняет плоскость любых орбит.
Время тасует даты, людей и факты.
Время стирает память любых обид.
И остаётся главное только… как ты?

Ставить привычно точки. И только ты
Стоишь всех этих суетных запятых.
Стоишь сложенья циферок на билете.
Разве так важно, что сожжены мосты,
Если ты мне дороже всего на свете?




бумажный самолёт   31.05.2007
А ведь в какой-то миг становится не страшно,
Что жизнь, не приходя, хронически пройдёт,
Когда уносит прочь из сумерек домашних
Меня твой самолёт. Бумажный самолёт.

Порядок на борту: здесь – ямбы, здесь – хореи.
Здесь не какой-то «Ту», здесь пламенный «Конкорд».
А от верлибров я практически зверею,
Поскольку проще брать заученный аккорд.

Летит твой самолёт над тьмой домов и кранов,
Над логовом врагов, похожих на друзей.
Пока ты есть, я сам не числюсь в графоманах.
Пока ты есть, я – твой прижизненный музей.

Лети. Пока ты есть, легко казаться былью.
Не веруя в небес тугую синеву,
Бумажный самолёт сомкнёт как руки крылья
«В замок» и упадёт корабликом в Неву.




копоть   31.05.2007
Здесь на твои следы оседает копоть.
Сдуру открыв глаза, досчитав до ста,
Мой лиргерой со страху кусает локоть,
И всё никак не может его достать.
Тянется жизнь как рельсы – почти эпоха.
Где-то в конце тоннеля заглох состав –
Видно, при свете стало кому-то плохо…

С чистого как младенец начать листа,
Мысли свои как дёготь в нагрузку к мёду
Всем, у кого засахарились уста,
Кто перманентно давится кислородом.
Так иногда, обжегшись на Дьюти Фри,
Дуешь с похмелья печень лечить на воды –
Страшно. Снаружи плохо. А что внутри?

Копоть. Одна лишь копоть. И год за годом
Копится груз на узких моих плечах.
Тщетно желать прикрыться твоим уходом...
Где-то коптит поставленная свеча.
Богу ли, чёрту вряд ли нужны отмазки.
Их не обманешь – им на тебя стучат –
С кем ты стираешь память и кем обласкан.





девочка красит губы   19.02.2007
Девочка красит губы. Идёт в кино.
Мальчик идёт с друзьями в кабак уютный.
Если расстаться всё-таки суждено,
Лучше уж без истерик и обоюдно.

Это простое дело, как дважды два.
– Я не люблю, прости… – Ничего, я тоже…
И не придётся ни подбирать слова,
Ни ожидать ответа в чужой прихожей.

Девочка красит утро чужого дня.
Мальчик шагает твёрдо вдали от края.
Это простое дело. Но у меня
Так не бывает просто. Так не бывает.


Опять сойти с ума...   18.12.2006
Опять сойти с ума.
До пасмурной зари.
Когда во рту – пожар,
В карманах – сор и спички;
А в городе – зима.
И гаснут фонари.
И боль ещё свежа,
Но больше – по привычке

Грызёт опять нутро
В бессмысленной борьбе,
С желанием одним –
Найти и обезвредить.
Нырнуть в твоё метро,
Но ехать не к тебе.
Подсчитывая дни
В копилке с бурой медью.

И, досчитав до ста,
Опять сойти с ума.
А дальше – по прямой.
Пойти «искать по свету».
И с чистого листа
Начать. Как ты сама.
Но только не со мной.
И точно не об этом.


Кто тебе сказал...   05.12.2006
Мы с тобой из крови и из плоти. Пей
Мою душу и сходи с ума.
Кто тебе сказал, что это оттепель?
Просто проверяет нас зима.

Просто не осталось больше разницы –
Что любить хоть как-то, что никак.
Кто тебе сказал, что сны сбываются
После двух мартини натощак?

После двух дефолтов только матрица –
Телефон молчит который день.
Кто тебе сказал, что всё наладится,
Если ты не жаждешь перемен?

Кто тебе сказал, что время знахарем
Залатает раны на душе?
Обманули девку и оттрахали.
Раз такая. Взрослая уже.


из гордого гранита   31.10.2006
Давайте жечь мосты
На радость третьим лицам,
Что любят руки греть
В дыму чужих костров.
Мы оба – я и ты –
Из северной столицы.
И значит, мы на треть
Из питерских ветров.

На четверть наша плоть
Из гордого гранита.
И на восьмую часть
Из холода реки.
Из зыбкости болот,
Из гибкости Невы ты.
И значит, можно всласть
Писать тебе стихи,

Прямые, словно перст,
Чертивший этих улиц
Загадочный изгиб
На девственном холсте.
От перемены мест
Все ангелы проснулись.
И только мой погиб,
Тоскуя по тебе.

Но по обрывам крыш
Ещё гуляет ветер.
И теплится заря
Как отблеск янтаря...
Прости меня, малыш,
Что трудно жить на свете.
Но просто потерять
Надежду. И тебя.



но что ей до меня…   26.10.2006

Но что ей до меня? Последнего из первых.
И первого из всех, последовавших «за».
Ей, видимо, играть до клиники на нервах.
Ей до смерти меня на строчки нарезать.

Из чувства ли вины, оставшегося где-то,
По зову ли души, стремящейся помочь,
Она во мне хранит ребёнка и поэта,
И гонит из меня осмысленное прочь.

Она приходит вновь, пытаясь склеить то, что
Лишь времени дано расставить по местам.
Я верю, что она всё это не нарочно…
Но что ей до меня? Оставшегося там.


осенняя терапия   26.10.2006

Опали листья. Солнце сошло на нет.
В квартире тихо, будто она сдаётся.
А мне достались осень и трафарет –
Замкнулся круг. Но я нарисую солнце.

В него уткнётся пристально терапевт
И придерётся – снова не так, как нужно.
И скажет: "Да уж... вам ещё мало лет,
Чтоб видеть в солнце замкнутую окружность".

Проснись и пой! И реки на марше вспять.
Стриги "под ноль" извилин своих дикарство.
Опять же осень – только простая лядь,
С душком гламура. Чем тебе не лекарство?

Кружатся листья тихо как мотыльки.
Ношу, так проще, мёртвую оболочку.
И ты маячишь где-то в конце строки,
В которой нужно/трудно поставить точку.

Слегка попил. Поплакал. Завёл дневник.
Опять же осень – время сливать излишки.
Подвигал мебель. Чуть побесился. Сник.
Мечтал о книжке. На тебе! Вышла книжка.

Ещё о чём-то, тихом и наживном.
Ещё о ком-то, ближнем и не воспетом.
Какой ты станешь матерью и женой –
Не знаю сам. И знать не хочу об этом.

Из жизни – прочь! Смывайся, как будто бьют.
Гори огнём – улыбки, глаза, ресницы,
Твоей души и плоти твоей уют.
И перестань мерещиться мне и сниться.

Убитых нет. В нас выжившие скорбят.
Опять же осень… Пойманный на фальстарте
Я вспоминаю, как целовал тебя.
Впервые в жизни. Необратимо. В марте.


мои акватории   26.10.2006

Я не верю в раскаянье и бескорыстие.
В гороскопы, гадания и сновидения.
И уже осыпаются первые листья, и
Своим чередом всё идёт, по течению.

Я не верю в тебя же. Это глупая роскошь.
Чем кончается вера – полезное знание.
Я не кинусь на рельсы, не выйду в окошко.
Даже яду не выпью с тобой за компанию.

Потому что на свете прожить можно лириком,
Только чтобы не очень, за годы бесцельные.
Только чтобы не очень закрытая клиника,
А путёвки, счета и санузел – раздельные.

Я тебя забываю, смешно и старательно.
Будто мне всё равно, хоть в полоску, хоть в крапинку.
Мы с тобой говорим на дельфиньем и матерном.
Если ты ещё помнишь мой голос. Хоть капельку.

Если ты ещё помнишь мои расстояния,
Что казались ничем (всё могли ретрансляторы).
И казалось, что я – не я. Просто слияние
Долгожданного, мудрого, вечного статора.

Всё могло быть иначе. Не мы исключение
Из неписаных правил, вошедших в историю.
Все, кто больше боролся, плывут по течению.
Если ты ещё помнишь мои акватории.


Стихи о нитке   26.10.2006

Побороть бы себя. И тогда у меня будет новая жизнь.
И снежинки, что били когда-то в лицо, будут тихо кружить.
Станут нежными звёзды.
И обнимут как брата за плечи лихие ветра.
Но я понял, разбитым проснувшись сегодня с утра,
Что, наверное, поздно.

Полетать бы во сне. Я во сне много раз самолётом летал.
То есть, скрючившись в кресле, смотрел в облака и решительно спал.
И устав, просыпался.
Полетать бы хоть раз, да не всякого, видно, берут.
Но для каждого свой заготовлен особый маршрут.
И кому-то он сдался.

Полюбить бы себя. Я, наверно, себя только в детстве любил.
И берёг свою душу, и нервы, и близких, не пил, не курил,
Не выдумывал строчек.
Не подыскивал место в нагретом чужом стеллаже.
Не менял слово «будет» на пресное слово «уже».
И не жил одиночкой.

Все гоняли в футбол. От ворот до ворот, до упора с утра.
Жизнь делилась на завтра, немного сегодня и каплю вчера,
Воскресенье в подарок.
Старый друг, ты женился и водишь побитый «Жигуль».
Хочешь, я подарю тебе два револьвера (без пуль)
И коллекцию марок?

Ладно, долго искать. Да, наверно, уже никогда не найду.
Лучше слушай, я чувствую, словно по нитке куда-то иду.
Оступлюсь и размажусь
О шершавый излизанный волнами невский гранит,
У которого сбоку «Аврора» гнилая стоит.
Очевидно, на страже.

Да, так вот я о нитке. Всё крутится-кружится веретено.
Победить бы хоть раз, да, наверно, не всякому это дано.
Прикрываешься патом.
Беспокойное сердце колотит набатом в виски.
Просыпается солнце от зимней зелёной тоски
И ругается матом.


Фике   26.10.2006

Спутывал ветер упрямый волосы.
Резало душу твою на полосы
Слово. И вырвано с мясом девичье.
С мелочью.

Спутывал карты мальчишка-бестолочь.
В этом раскладе матери вместо – дочь.
В этом марьяже с лихвой наплачешься.
Скатишься.

Только идущий осилит поступью
Млечность дороги за звёздной россыпью.
Жизни дозволит себя подлаживать
Заживо.

Разве так важно, кто любит правила,
Дышит несмело, а пишет набело?
Разве так важно? Кто там останется
Каяться.


*** (Ведь он так нравится тебе )   26.10.2006
Ведь он так нравится тебе –
Восторги слов и междометий –
Он вездесущий, лишний, третий,
Он растворяет нас в себе.

Ведёт как будто поводырь,
И до Казанского от Спаса
На Мойку, где людская масса
Угрюмо путает следы.

Там есть художник. Старый плут.
Рисует он зимой и летом
Одни и те же силуэты
Для вас за несколько минут.

Поверьте, он не так уж прост,
В своём поношенном берете.
Он видел многое на свете.
И без него Зелёный мост

Уже не будет тем, что есть,
Хоть и останется на месте.
Он видел нас с тобою вместе.
Наперекор. Наперерез.

И вопреки любой судьбе,
Он нас запомнил – этот город.
Я буду жить в нём до упора.
Ведь он так нравится тебе.


Держи меня   26.10.2006
Мы цельные. Если не высшая цель.
И радости только до первого «против».
Держи меня – счастье приходит в конце.
Звони мне, пока я ещё в твоей соте.

Мы умные. Умным труднее дышать.
А глупым считаться – последнее дело.
Опомнись. Не надо меня провожать.
Ведь «так получилось», ведь «ты не хотела».

Незримую тягость живого узла,
Наверное, проще рубить в одиночку.
Мы добрые. Добрые бьют не со зла,
А только за дело и в самую точку.

Случайной занозой засела в душе
Наивная близость, забытое детство,
И свет из окна на твоём этаже.
И незачем помнить. И некуда деться.


*** (Вот так и живу...)   26.10.2006
Вот так и живу – не вписался ни в планы, ни в графики,
Ни в письма чужие, ни в сплетни, ни в козни коварные.
Заброшенным Роммелем бьюсь в нарисованной Африке,
Стираюсь минорным аккордом о струны гитарные.

Карманное счастье отпрянуло солнечным зайчиком.
Исчезли в руинах твои города изумрудные.
Пандора открылась простым до нелепости ларчиком –
Вчерашнее лето теплее, чем роль моя нудная.

Последние сгинули, если и были, романтики.
Читаю записки… Живаго оформили в гении.
И «Я вас любил…» познаю запоздало на практике.
А я вас любил… и, наверно, люблю, к сожалению.


Побыть людьми   26.10.2006

Кто-то стремится в путь.
Я выбираю «проще».
Хочется быть не хуже любых других.
Жить или быть – не суть.
Губы твои – как росчерк.
Зимняя сказка – холодность рук твоих.

Кто-то стремится петь,
Лишь бы сидели рядом,
Лишь бы согрели руки пасмурным днём.
Ветер целует медь –
Памятники, ограды.
Ветер целует нас – мы здесь живём.

Город такой большой.
В нём потерять – навечно.
Город настолько мал – тесно вдвоём.
Всё будет хорошо.
Нужно расправить плечи,
И распахнуть тесной души проём.

Город зажёг огни –
Не холодят, не греют,
Всё потому, что каждый решает сам.
Просто, побыв людьми,
Можно любить сильнее,
И не тянуть конечности к небесам.