Все произведения автора Дмитрий Макаров

совесть   25.09.2007
Совесть меня замучила
То кошкой в углу обернется, то сверкнет молнией
В твоих глазах.
Совестью моей тебе поручено
За других с меня спросить полностью
Ты плачешь, говоришь грубости,
Говоришь, что я говорю глупости,
Обижаешься, но не даешь обидеться.
Мне в тебе, любимом, нелюбимые видятся.

*** (Не ревность погубила нас)   11.08.2007
Не ревность погубила нас,
а верность самим себе.

Два стражника
в одном саду цветущем
вступили в бой.
И проглядели сад.

Он весь в огне,
вишневый наш, грушёвый.
И дымный ветер
нам в лицо смеется пеплом.

Как жаль его диковинных соцветий,
дорожек вдоль розария к фонтану
и лабиринта, где Амур точил стрелу.

Пойдем к реке, я свой платок достану
и с наших лиц сотру
зло и золу.

рыбка-нож   15.01.2007
рыбка-нож -
в руки не возьмешь -
у тебя в руке.
ты идешь налегке по моей строке.
кончится строка - упадешь.
а пока
на руку свою посмотри:
рыбка подняла плавники,
и мерло пошло из руки;
глаз, вином налитый, горит...
слушай рыбку - она говорит:
"засуха, дружок,
у меня внутри;
ржавые мои плавники
у твоей руки
пусть глотнут взаймы..."

мой герой, дружок,
за тобой должок!
эта рыбка - ложь,
а не рыбка-нож,
это боль моя у тебя в руке,
это кровь моя у тебя в виске,
это жизнь моя у тебя в крови.

дай вздохнуть-глотнуть из твоей руки,
поцелуй мои плавники.
будет больно, но ты терпи:
эта боль - она те же стихи,
эта боль - люболь.
это жизнь
как река петляет, кружит,
это рыбка другая плывет, жужжит...

я напился вина,
мне бы дальше плыть.
отпусти, рыбак, дай еще пожить.

champagne   29.08.2006
душа шампанского стремится к небу
а плоть шампанского ласкает нёбо
мы знаем оба, мы учились вместе
на языке шампанского мечтать

теперь все чаще порознь шампаним
шаманим...
ты выучил другие языки
а у меня набор все тех же маний...
сладчайшее из всех воспоминаний -
прикосновение руки...

еще шампанского! мы с ним безумны оба
шампанское - метафора и повод
забыть о выгодах, счетах и снова
любить тебя. теперь уже чужого.

какая выгода любить тебя чужого?...

***(из цикла "простые рифмы")   29.08.2006
Любовь и счастье -
не одно и то же.
Примерно так, как музыка и текст.
Теперь любой прохожий может стать
forever love. the next,
но счастьем стать не может.

Так музыка прекрасней слов любых,
но, будучи положенной на них,
их объяснить и подтвердить не может...

крол in love   29.08.2006
Я плачу под твоей рукой железной.
Я кролик длинноухий бесполезный.
Ни плова, ни тулупа, ни любви.
Перчатку сшить – и ту не хватит меха.
Подкинь меня и не лови. Потеха!
Не счесть огрехов кроличьей любви.

guideline   29.08.2006
мечтай, путеводители читай.
вкуси и ты чудесных этих тайн.
страница за страницей - ближе край -
вселенная закончилась. стирай
контакты, отменяй земные встречи.
открой окно, вином приветствуй вечер.
и смело по туманам, по волнам,
по мраморным предплечьям гор навстречу
снам
тому, кто сном был сам,
тому, кто был тобой же искалечен,
и кто любовь - горячий залп картечи -
тебе навстречу шлёт и погибает сам.

алкоголизм, поэзия и инстинкт размножения   06.07.2004
а девочка, влюблённая в мой голос,
меня на день рождения зовёт.
а я, влюблённый в цвет её волос,
ещё не согласился - время терпит.

я твёрдо знаю, что она родит мне сына

я сижу в таверне
и вижу девушку, похожую на парня,
и парня этой девушки, который
похож на брата бабушки моей...

а если не родит, то повзрослеет:
до срока превратится в бабу, в дуру...
я, впрочем, точно знаю, что родит

так вот, в одном испанском городишке
был злачный вечер, я хотел напиться,
переходил из заведенья в заведенье,
стрелял глазами и творил коктейли,
и постепенно чувство юмора терял
и связность речи

я так жалел, что мне ещё не тридцать,
что я единственное "я" в моём романе,
что слов всё больше - им конца не видно...

они уходят: девочка-мальчишка
и мальчик-дедушка, -
счастливые, чужие...

наверное, пойду на день рожденья.
а? что? к кому?

я думаю, меня бы запереть
в просторной комнате на пару дней
с шампанским,
и если не поэт, то алкоголик
получится, конечно, из меня

а это, милая, всё ж несравненно круче,
чем быть картонным чучелом забавным,
и не работать, не работать, не работать,
а говорить: иссяк родник! иссяк...

и целовать тебя.
тогда как мне доподлинно известно:
от поцелуев не зачать ребёнка,
а от вина - стихов.

P.S.:
бросаю пить!
не брошу никогда!


п.л.Л.   15.04.2004
последнее лето Лары
прошло без особого блеска
не было ресторанов,
р.о.л.с - р.о.й.с.о.в
никто не геройствовал
больных и стареющих женщин
любят на расстоянии
Лара сдала квартиру
уехала к морю
страдание стало синонимом смерти
были ещё духи, стихи,
конфеты, букеты с проседью...
сохранилась одна фотография с подписью:
Л.а.р.а, которая умерла осенью,
прощается с возлюбленным до весны


а.г. (эпиграф)   01.09.2003
на моё окно, меж тем,
этим утром (или тем)
алый голубь прилетел

может, это был не голубь?
может, только морок голый?
может быть как алый сполох,

Бог пришёл ко мне на помощь


encore! encore...   31.01.2003
mademoiselle,
в кофейнике - перно.
остался une chanson:

декабрь (блюз) -
как нитка дней и нот и бус
на вкус - как лезвие

декабрь - ОН
и значит, он болезнь



2001-2000   17.04.2002
я в две тысячи первом любил только мёртвых певиц
и тебя, -
для тебя я был джуди, марлен и эдит - их лица
и голоса

и только наши с тобой диа-логи были
от четвёртого и восьмого лица

а в двухтысячном чатился и мечтал,
трахался и, кажется, учился себе;
и ещё из далёких стран
ждал вестей

и блудил в городской черте,
и был по себе сам
самый чёрный из всех чертей

финал   11.02.2002
сказка то окончилась не здесь,
где свет и феи...

книжники и фарисеи
мне приготовили сюрприз

и кажется, я буду на премьере
за зеркалом на сцене

среди алис


sous le ciel de Moscou (Роману)   11.02.2002
твой Париж - моему не пара.
я спиваюсь в Москве. Эй, парень!
на каком-нибудь Монпарнасе
ты будешь страстно листать гербарий
двадцатилетних цветов из Граса...

сына булочника научишь
правильно говорить: "люблю тебя" -
je t'aime! и обязательно в душе;
и не забудь: вид из окна -
с этим тоже у парижан лучше...

это всё европейское небо,
сексуальное и чужое...
так и спрашивает: с кем бы? с кем бы...
это всё моя московская ревность
мне не даёт покоя...

ты прав, дружочек, -
небо - чужое;
тянется струйка табачного дыма за облака.
и мне опять не даёт покоя
река,
которую однажды видел...


стихи номер тысяча   11.02.2002
страшно.
он говорит:

"в целом мире твоём
нет дорог, которые не ведут в Рим,
и блондинок нет
за углом"

кораблик тонет,
белый бумажный,
и любые реки багровы;

мне страшно?
страшно.
я люблю его?
мы знакомы.



простые стихи о Москве (Эклоге)   18.11.2001
_______________________Эклоге

ах, Москва монастырей и дверей!
обняла ты меня грустью своей,
спрятала в высокой заре...

я воскресну.
может быть, в декабре.
мы тогда поищем с тобой
то,
что я потерял весной.

поискать бы средь людей и вещей
и найти забытый ключ из ключей,
дверь открыть и войти в глубину времён.
и опять на Том проснуться плече,
и увидеть свой самый первый сон.

простые стихи о любви (Петеру)   18.11.2001
____________________to Peter

и вдруг включили свет.
и вдруг случилось.
качнулся колокол,
и я очнулся.
в октябрьских объятиях
вздохнуло облако,
вдохнуло снег.
а из метафоры
в тепле моей каморки
родился грех.
а мы смеялись:
что октябрь? что облако?
на круглом столике на кухне
сахар горкой
и в пепельнице шоколадная фольга,
и рядом дон-коньяк,
распитый в спешке...

ах, рыцарь! где ты?
в зеркале старинном
видна ещё твоя усмешка
и позабытая в прихожей пара шпор

изнасилованное    19.09.2001
слышали, что сказано?
око за око и зуб за зуб...

да, перед многими стыдно мне
да, не могу найти оправданий,
но тоска по тебе как мания...

и назло тебе тяжёлые украшения
обнимают мои запястья,
и лучше счастья моё несчастье...

и назло тебе мои путешествия
вперегонки с бессонницей:
поезд в Москву: тронулись:

и как прежде с картой бродить.
летняя Москва нелюбимая.
счастливого ищу .
и ночи-напролёт-приливами, -
не спать! в голове зимний пейзаж:
слышали, что сказано? око за око -
и я твой страж, и я почти что вернулся.
одинокое строками переродится,
и мне тринадцать опять:
я проспал эти ночи-годы
мёртвым сном. Нет тебя, я не слышу
и только кто-то слишком сильный
и лишний лапает меня и дышит
око за око, око за око,
это во мне московское, глубокое
мне двадцать: стихни! я услышал
и ничего

я вернусь, я напьюсь, оправдания -
кому они нужны в июле месяце
я возвращаюсь - мы с тобой померяемся
силами душевными
и может быть, я ещё проснусь...



обернись    19.09.2001
1. -
обернись. загадочные брови
не сделай.
да, мы простились уже,
но ты с бессмысленным уходом
повремени.
вот мой голос - дрожит, но поёт -
он твой.
прости, я поторопился! ну, -
обернись.

2. -
вечная тема - сказал
кто-то: никогда, никогда
не оборачивайся и не возвращайся.
вот и ты слабости моей
не уступаешь...

3. -
слабый и сильный -
музыкальность образа
дождливостью летней
между пальцами слезой соскользнёт: -
поверь мне, милый - я плакать и просить
не хотел, -
но только ты обернись
уходя.

4. -
только шаг от души до души
ну куда же ты? - улыбнись
и продлить, обернувшись, на ещё одну встречу
нашу встречу
запоздавшим прикосновением руки
поспеши...


псалом 151 (Планжеру)    19.09.2001
ноги сошли с ума.
им бы путь по-над пропастью.
каюсь я, - оступаюсь я

радости мои и горести Мои.
и ты под чужим небом.
не ври, что небо на всех одно

как море, почти как море...
но мне бы упасть камнем
в пропасть твоих ладоней

и пропасть,
и на разные цвета распасться:
ничего не вижу - чёрная луна - gracia, Грация!

возьми меня на руки, Господи!
пронеси мою печаль под тёмным небом над мутной водой.
навсегда со мной твоё глазное облако стотонное

нет молитв сильнее тех, которыми молчат влюблённые


письмо любимой женщине   19.09.2001
Дорогая, я пью немного.
Всё так же бьюсь над небрежностью слога.
Я! охотник на бандерлогов!
Славный трактир "Берлога":
Наслаждения полные чаши и груди;
Из чащи
В окна таращатся голодные нимфы, -
Патронташ пуст,
И нечем их накормить.
Зато кошелёк полон разных капуст.
Нет, это было вчера. Я пуст. Но
Голова набита салатом и матом.
Желудок наполнен спермой и мятой.
Здесь есть всё, что нужно: собор и солдаты.
Молюсь перед сном, перед казнью, перед
Зеркальцем! Боже мой! Как я зелен...
Дорогая, я трахаюсь с метрдотелем.
И ещё посещаю кафе и бордели -
Их тут много, гораздо проще
Запутаться здесь, чем в твоих коленях.
А впрочем, ладно. Сварю пельменей.
Может быть, придёт вдохновение?
Дорогая, пришли мне денег!
Я тут видел шикарный кактус.
Стихи не в моде уже неделю...
Кстати, любимая, как ты?


Вальс (только для натуралов)   16.09.2001
вальсируем не спеша в сутолоке пургетаниума
вокруг - дурочки с перекошенными румянами:
как это так, мальчики и целуются?

-доктор, вылечите меня от гомосексуализма!

в тринадцать - тайна
в четырнадцать - болезнь
в пятнадцать:

-о, мама! она мне не нравится!
а в нём столько грации...
ему восемнадцать, кажется

мне шестнадцать... а где это было?
в каком-то клубе
или в купе
настоящий ад
настоящие пытки - сад
пыток - самых сладких

-доктор! какая чушь!
я совершенно здоров
-просто нет слов! где мама этого малыша?

семнадцать - восемнадцать
вальсируем в метро между девочек, которые без мальчиков, но в лифчиках
та-та-та! сбывается мечта
обыкновенного голубого парнишки
и ты мстишь мне поцелуем поцелованных губ



страница первая   16.09.2001
Жёлтая книга, чужая в собственности
- чужие стихи незнакомцев
из знакомого, до далёкого будущего,
местечка.
Я читаю, изображая, корчась, Homo Думающего,
мечтающего о Чёрной речке.
Метро, дуэль, памятник, Лета -
слова? слова ли? Каждое упоминание
имени, знания, человека, поэзии...
И эти люди, полупоэты, полукупцы,
говорящие на современном,
не как я,
пишущие о повседневном
и о банальном - но не обо мне.
Талантливы субъективно
реактивным талантом,
не проявлены в реактивах,
отсняты в объективах.
Жёлтая книга - чужие стихи -
terra incognita
для меня.

старому другу   12.09.2001
а ты стал совсем одиноким,
усталый собеседник собственной тени.
беднее многих
и старше многих,
и многих, наверное, откровенней.

среди на всё готовых для тебя мужчин
только ты понимаешь,
что "один + один"
равняется "один + один".
давно ли?
и не ищешь,
где чище, чтобы идти,
и делаешь остановки в пути;
и среди тех, кто уже любил,
тех, кто уже пробовал умирать,
только ты
почему-то любишь ещё
живые
цветы.

ты стал совсем одиноким.
тебя почти не узнать.
пожалуйста! дай мне знать,
что ты ещё помнишь меня!

(но память как никогда честна.
и не к месту
как никогда
весна.)


экзистенциализм   12.09.2001
сущность, равная существованию
сосуществование, равное интимной вражде
мы
путники, спутники, странники,
встретившиеся в беде

поступки, уступки -
сутки,
прожитые как бы с тобой

знаешь, я сейчас могу полюбить любого,
но только если ты - любой

но ты медлишь,
твои письма идут долго
твои вымученные стихи
уже не светятся Так.
а у меня в блокноте
только порезы, петли, иголки
и ещё обворожительный страх



любителю зелёного чая    12.09.2001
мы с тобой как чаинки
в чашке зелёного чая
часами от отчаянья отучаемся.

мы глупые, мы маленькие,
мы совсем зелёные.
иногда мёртвые, иногда влюблённые,
а чаще - просто залитые кипятком.

наши боги - китайские,
наши сны - цейлонские,
наше море - невская вода ласковая.
и молимся мы по наитию,
отдаваясь всё же с опаскою,
тебе, предающемуся чаепитию.


путнику   12.09.2001
иди же!
на краю Ойкумены
твой ангел-хранитель
лезвие бритвы губами на остроту проверяет.

становится холодно.
над Петербургом снег.
ноябрь - не лучшее время для спасения души.
тебе дорога на юг.
пришло время спешить.

ДЕЛИКАТЕСЫ   12.09.2001
как вам такое блюдо?
навалены грудой
достопримечательности человечьих телес,
уникальных на запах, на вкус, на вес.

самое вкусное ухо на свете -
хозяин жил в предпоследнем столетьи -
подаётся с грибами и сплетнями,
и вирусами-междометиями.

вот самый из самых сладчайший пенис,
облизанный и обласканный
буквально всеми.
а вот самый длинный.
вот - самый короткий, но самый голодный.
а этот самый работоспособный.

самый болтливый язык:
длиннее коровьего на пару метров.
к нему прилагаются: голова и задница,
у обеих сплошное недержание ветра.

быстрее! выше! сильнее!
короче

это не женщины - это змеи;
это не мужчины - ублюдки.

сижу у блюда,
ругаю Повара.
совсем рядом
придурок с греческим говором
и с фонарём (днём!)
ползёт по городу,
шелестя сквозь губы, не поднимая веки...
Ну, и где же вы, человеки?


песня    12.09.2001
о! как тебе не повезло:
как ты зависишь от чернильных закорючек!
как мыкаешься! как ты одинок...
беги-беги: скрючь в пальцах авторучку
и жалуйся,

рыжеволосый; метр девяносто;
и петь умеешь лучше, чем молчать, и говоришь
не по стандартам госта...

подумаешь, - и строчки потекут;
споёшь, - и ноты в воздухе не тают...

ах, тоже мне поэт! но тут
погаснет свет. и жаловаться некому
в потёмках.
ну, крикни: "Я ....!"
но голоса в гортани нет.
и тишина. сейчас начнётся ломка.


музыкальное   12.09.2001
едва ли ты знаешь, о чём я.
едва ли...

ты сядешь к роялю -
я притаюсь за книгами.
в каждой твоей ноте
моё молчание.
не испортить бы
громким выдохом
музыки твоей
невыносимое
очарование.

где-то далеко
кому-то легко,
не думая ни о ком,
пальцы стирать, играя, ...
черная клавиша, белая клавиша;
сердце в рояль врастает.
и любви нет места в лакированном чёрном теле -
медленно, еле-еле
одиночество музыкой подкупает
и подступает

Я ИГРАЮ С ОГНЁМ   14.05.2001
Город спит, тело дышит-
задыхается среди белых
вишен;
одиночество - после
стольких встреч - сжечь
взрослость!
Пусть сгорит, пусть истлеет,
пусть пепел по свету ветер
развеет!
Я играю с огнём, я мечтаю,
с дымом огня на рассвете
растаять,
очнуться
через тысячу лет
в чьём-нибудь сне...

ЕСЛИ БЫ   14.05.2001
Если бы можно было
встретить тебя ещё хоть раз!
О! сколько изящных фраз
сплели бы мои неуклюжие руки
из чёрно-белого тела рояля...
О! как зазвучали б
простывшие ноты...
Если бы можно было
встретить тебя сегодня!
И целоваться до "сколько угодно"!
Посмотри - нашей любви Урарту,
застывшее в сиянии марта...
Но реки рвутся из берегов,
сменяя сезоны;
в забытой библии Вавилона
забыта "песнь песней" наша.
О! если бы можно было
встретить тебя однажды!

Я ПИШУ   14.05.2001
Я пишу, потому что нет сил не писать,
И каюсь. Каюсь до крови на трещинах лба
Об асфальт, о стены Ваших несогласий
О тесные стенки жёлтого гроба,
В котором лежит наша поэзия.
Почему же пишу? Да любовь замучила.
Вымучила меня. А я тыкаюсь лицом тонким
В чьи-то плечи, в чьи-то губы красивые,
В чьи-то... Ах! Всё пускаюсь в гонки
За свеженьким, ненаписанным.
Ищу, рыскаю, выражаюсь рифмами
и листовками, и сонетами,
зарифмованными, как надгробия,
комическими куплетами.
И всё люблю и жёстким сексом
Утверждаю любовь к неизведанному.
Ах, как пусто всё! Как заполнено.
Да не тем. И попусту.

ИЮНЬСКАЯ ОСЕНЬ   14.05.2001
Девочка стала бабушкой:
пожелтела, как лист, пожухла...
Грациозная бабочка милая
- время то её сапогом...

Перекрёстки перекрестились
на её поминках.
Вспоминайте, поминайте
былое - оно возвратится.

В саду тихонько стонут дриады.
Странная июньская осень.
Я читал об этом когда-то -
не верил...

Я любил до последнего листика
и страдал до последней лужицы -
я клянусь тебе! Слёзы высохли.
А весна? ну к чему мне ещё одна?

Не ко времени постарел мой ангел-хранитель...

Вот и всё. Музыка умерла.
На королевских балах - завтра
вальсирует и вальсирует тишина...

ИЗЫСКИ   14.05.2001
Полнолуние - свежесть на губах.
Лёгкая помада Dior
на её губах - я не крашусь - ты знаешь.
Ты знаешь, что я мужчина?
Ну, спроси меня: "С каких это пор?"
С рождения, или, может, чуть позже...
Шампанское. Советское? На-по-ле-он???
Выпей, мальчик, запей свою молодость.
Выпей, залей мои трещины.
Между нами разница - каких-то полгода,
А мне уже кажется - вечность.
Полнолуние. Свежий ветер. Билеты до Крыма.
Ты остаёшься мужчиной, любящим удовольствия,
А я становлюсь тем, кто любит твои изыски.
Я сам "изыск". Камни в печени. Ссадины.
И вечерние полосы сигаретного дыма.

ЕСТЬ СТО ПРИЧИН   14.05.2001
Есть сто причин любоваться закатом
и сто причин дожидаться рассвета.
Жена любовнику исповедалась,
что мечтает изобрести сто первую.

Жаждет жадность
удовлетворить любопытство
новыми оргиями и новыми пытками.
Первый опыт бесценен:
онанизм, убийство и лакомство;
Аннушка и Анна Каренина.
Хочется продолжения
ноктюрна, разврата и Ниццы.
И невозможно остановиться.


ИГРА В ПЕРЕОДЕВАНИЕ   14.05.2001
Игра в переодевание,
Увлекательная и забавная,
Во что превращена ты нашим желанием?
В безумную скачку по лезвию
Дамоклова меча
За запретным и недоступным.
Кривляясь и хохоча,
Мы исполняем закон преступный -
Преступный тем, кому этого не понять,
Тем, кому даже одно слово
"Играть"
Кажется неинтересно новым.
Мы играем, время от времени,
Нарушая границы:
В этом наша беда.
Мы желаем, как птицы,
Подняться под небеса,
Но проваливаемся до второго дна.
Хотя всё же игра в переодевание -
Это только в душе.
Это скольжение
На тёплом и сильном чужом плече.

Mon merveilleux jardin   14.05.2001
не доходя полдня до края,
до горизонта, до воды,
на берегу
я видел дивный сад:
цветы,
самовлюблённые как ты.
я сад сожгу, -
тогда решил внезапно.
и подольстился к старику,
что сад стерёг.
и отравил его. но смерть
в строку
так трудно... не могу.
но сжёг.
я уходил от пепелища
полдня до края, до воды,
шёл к бездне...
цветы,
самовлюблённые как ты
в моей душе взошли сады ещё прекраснее, чем тот,
что сжёг.
был прав старик,
сказав, что миг,
когда сгорает сад,
прекрасен,
и в меня
перерождается земля.
в моей душе сады.
горят сады,
а в них цветы,
самовлюблённые как ты
и ты...

А ЧТО?   14.05.2001
А что? Если так разобраться,
разве мало хорошего в жизни?
разве перестали черноглазые девушки
лакомиться персиками,
сорванными с деревьев
"этими нахальными мальчишками"?
разве не слышна из окон напротив
эта забавная музычка:
та что без стука, в сердце...?
разве?

А может,
вечерами ты перестал предаваться
любимым книжкам,
ласково снятым с полки?
и что, неужели тебя не радует
чашечка чая (или две даже)
с вафельками хрустящими
да в шоколаде?

А закаты? а ужины-на-двоих?
когда ты сам, насвистывая,
что-нибудь, как сумеешь, сготовишь?

А самолёты? а взгляды? а пожатия рук?
поцелуйчики в коридоре (это вместо имени)?
свежие сплетни, слухи из белокаменной,
знакомства, незнакомства, лица,
всё ещё ошарашенные
"твоим внешним видом"?

Ну, так плюнь же на угрозу
нашествия с Марса!
выйди из заточения!
и хватит дуться!
Ну, честное влюблённое:
откинь занавеску, посмотри -
там в толпе, на улице
это я
пришёл узнать, что у тебя в жизни хорошего...

Ну, как дела?

ПОЭЗА О ГРЯЗНОМ БЕЛЬЕ   14.05.2001
Наглотался смеха как снега
и упал в твоё тело:

натюрморт, написанный мелом -
только контур и два
тела.

Свидание за чашкой чего-то
горячего:
душа ничего не значила,

а значили как означили
глотавшие смех линии:
изгибы руки, плеча, талии:

все мёртвые и все
милые -
пейзаж по воде
вилами.

В глазах - центр;
во взгляде - окраина.
Любуюсь маревом - наоборот:
портрет, написанный чайными
мыслями...

Но встреча исчисляется числами,
и по губам течёт...

МЕТАФОРА - ЛЮБОВЬ К ГОРОДУ   14.05.2001
О! Так дай же мне хоть минутку
опомниться!
Вернуться на какие-то там рельсы,
выровняться!
Ты - мой город! моё подзнание.
Я стал другим? уже? мне не вериться!
я падаю, падаю, падаю в панику...
нет! ну дай же мне собеседника
встречного.
Чтобы понял и прожил меня,
дай не вечного.
Ты мне больше, чем кто бы то ни было;
ты как я и ты тоже не я.
Ты - всё сильное, что меня вывело,
что выплеснуло меня
к ногам будущего,
поставило на колени
перед образами ещё не родившихся святых.
Мой город - ты построен на моей вере -
горожане там пьют воду моих артерий.
И в тебе я житель
с документами на право любить.

И ПЛЫВЁТ КОРАБЛЬ (E LA NAVE VA- ну, почти)   14.05.2001
и ногти растут, и стареет душа,
и запятые опять не на месте...
дурак! "вместе" -
будет на небесах;
а пока что ставь на ладошках крестики
и сплёвывай через левое,
и умирай не спеша;
телу, переполненному намерениями,
обязательно давай подышать
свежим свободным временем...
в измерении первом
корабль плывёт:
ты не гребец и не кормчий,
ржавчиной и вином не испорчен,
ты ещё разучишься делать многое:
разговаривать с птицами
и набивать тетрадь небылицами...
что ж? Богу - Богово,
а тебе - только сны кипарисовые.

bird   14.05.2001
миндаль пахнет цианистым калием,
а вовсе не на-
оборот - ная сторона медали:
можно умереть и от
воспалённых миндалин -
это уж как повезёт.

суд идёт. медленно. все встали.
прокурор медлит.
приговор - или -...
нет. всё-таки приговорили.

я подзащитный, защитник, судья.
я серёжка в ухе присяжного.
Господи! не будь как я!
приговорился - как это? - ну, ничего страшного.

стихотворение на языке вертится.
выплёвываю его на бумажку порциями.
присмотрелся. что это?
в ладонях чужих бьётся
моё собственное, вроде бы, сердце
и убегает в чужие же пятки,
инфицированное страхом.

подрезаны крылья. птаха.
больше уже не взлетит.