Все произведения автора Елена Никитаева

Разные инверсии (цикл 2005)   06.11.2005
1. стальное

ты думаешь, так легко прорастать изнутри, из себя, шипами?
сквозь кожу из самой тонкой души лезет на волю сталь, и
это мутация. если не убивает - калечит память.
и вот, недолюбленные, стальные, беспамятные… устали.

я не претендую на декаданс… на все эти термины…маски…
просьба дурная: «меня любите!» мешает родиться заново
я – среди всех. я множество. голос ртов. последствие встряски.
стальную меня, недолюбленную, ты тащишь в свой мир за ноги…


2. леденец

из рук вон плохо игравший в бильярд поранил свои запястья…
что ж он мечтает отдать мне Мир? я лишь прошу его дать мне!…

слишком больно кием в висок, шаром по сердцу. скука
кати-откати носок-поясок ногой в потолок. сукой…

…выть, быть, потому что плохая карма - на_ощупь_карма
снова кием толкает шар мальчик зовет маму…

мамы все одинаковы, просто женщины. больно - ласкают
это как леденец в нёбе - застрял и дооолго не тает…

3. Fire!

Собери меня по крошкам,
Положи к себе в ладошки,
И подставь сгорать под солнце..
Догораю. Сердце бьется.

Очень сильно сердце бьется.
Этот год меня покоцал,
Оторвали, типа, лапы,
Уронили, типа, на пол…

Чай не горький, просто – больно,
Все, мне хватит. Все! Довольно!
Смерть не страшная – смешная!
Fire!

4. В Юкатане...

В Юкатане, а может в Соноре
Перед храмом Санта-Марии
Педро сидел и плакал,
Ненавидя свои же слезы
У него не случилось горя,
У него течение жизни
Поменялось, и знак за знаком
Столь внезапны, как кровь носом…
…полюбил танцовщицу Риту,
Что в дыму продавала тело
Заезжим драйверам джипов
Под звук томный тамтамов.
Слишком внезапно, дико
Чувство его задело
Спать он не мог, не выпив,
А, выпив, считал шрамы
На смуглых своих запястьях.
Ее ж запястья - нежнее:
Пахнут морской солью
И маслом китайской розы,
Она в разноцветных платьях.
Она не полюбит. И с нею
Как с пропастью или с болью
Пропасть никогда не поздно….

Когда он о ней вспоминает,
Его кровяное давление
Зашкаливает и скачет

В Юкатане, а может в Соноре
Пред храмом Санта-Марии
Сидит и тихонько плачет:

«Любовь - как смерть от огня!
Любовь - как укусы змей!
Не полюбишь, Рита, убей меня!
Слышишь, Рита, убей!»

Через год они поженились
В храме Санта-Марии...
…………………………..
…………………………..

5. амурырыдали

запутавшись в вязких столичных прохожих,
сбивая плечом их, не глядя в глаза им,
иду, а в груди, как заточенный ножик
сто слов для тебя, сто рваных мозаик.
не так, не туда, не сегодня, не буду
почти и на время. амурырыдали.
ты где-то не там, а я – не отсюда,
по коже осколком, углем по эмали
всё ходим и ходим. всё ниже и ниже,
и в диких глазах отражается небо.
которое так и останется «ближе»..
забуду и вырву страницу. ты не был.
запутавшись в вязких столичных прохожих,
сбивая плечом их, не глядя в глаза им
пойду. одичаю. сломаюсь. и, может
сто слов для тебя рассосутся, растают.

6. такое

говорит мама больно всегда проходит
говорит мама ручки сожми в кулачки
чай не пей говорит глотай молоко на соде
и не рви кричит платья свои на клочки

ну а я ну а я снова молчу тупо
не читаю книг не пою не смотрю кино
мне бы воду толочь в золоченой волшебной ступе
только нет ее у меня и все мне равно

про тебя стихов не пишу не ищи не надо
на тебя у меня табу не моя беда
ты не бойся иди отсюда косым градом
говорит мама больно проходит всегда

7. for mal4ik (колыбельная)

Сквозь мечты о вечном рае,
Без эмоций, в снах про море,
Режет вены моя радость -
Молча, тихо, в полудреме

Очень сонно и не страшно,
Юг и север – все смешалось.
Ветер пыльный сносит башни.
Режет вены моя радость

В центр лета два билета
Пропадают. Дрянь ты, мальчик.
Спотыкаясь о приметы,
Режет вены и не плачет.

Города, где нас не знают,
Ждут нас. Тянут за запястья.
Я спасу тебя, дурное
Разлинованное счастье…

8. почта

Приходил почтальон во сне. Говорил – посыльный.
Диким штормом пропахший. Усталый. В фуражке пыльной…
Он сказал мне, и я запомнила это точно:
«сохрани, сбереги то, что утром получишь почтой».

Получила. Разорвала. Собрала по кусочкам…
Шага в прошлое нет, мой посыльный. That`s all. Точка.

9. Сердце-мишень

Губы сухие. Зубы сжимает, терпит.
Ждать осталось недолго, несколько дней.
Прикуривает от свечи. Воск размякший лепит.
И если не несколько дней, то будет больней.

Скорее всего не дотерпит, уйдет, исчезнет.
В дневник запишет слова. Зашифрует суть.
А он опоздает. Наверное. Готикой веет.
И морем здесь пахнет. В котором не грех… уснуть..

На южных вокзалах депрессия. Взрывы. Драки.
На южных вокзалах солнце стреляет в тень.
Она запишет в дневник сомнения-страхи.
Она нарисует мелками последний день…

Короче, еще немного, и будет плохо.
Одно промедление многого стоит. Вот.
Губы сухие. Зубы сжимает. Кроха…
Сильная. Любит не меньше. Буквы. Блокнот.

Буквы какие-то пьяные. Пляшут. Странно.
Он не шевелится. Он ничего не знал.
Дома_горячая_ванна_горячая_ванна…
Сердце-мишень. Больно. Кто-то попал…

10. яблочное

Яблоки темной осенью слишком сладкие,
Яблоки темной осенью запахом ранят,
Мне от тебя совсем ничего не надо, и..
Яблочная королева я. Юбка в складку.

Мне от тебя совсем ничего не надо,
В небо упрусь ногами, глазами в землю.
Буду расти мандрагорой, загадкой сада.
Будут меня сторониться березы, ели....

Яблоки падают, будто бы звезды с неба,
Будто бы слезы - крепкие пестрые капли.
Спой про меня, про Яблочную королеву,
Только не плачь никогда. Никому не жаль. И...

Просто забудь про яблочную королеву
Жестким осенним утром, в слезах проснувшись...

11. Колесо

Ты мне родное. Как я могу не чуять?
Как я могу спокойно дышать и быть?
Я шансонетка с надломом, и пахну пачули…
Ты альтер-эго мое. Между нами – нить.
Сладкая нить из сахара. Все непрочно.
Рвется легко, что сладко. И так всегда.
Я вышиваю крестиком сердце, нарочно,
Только б из сердца не кровь пролилась - вода…
Южное солнце видело нас рездельно,
Южное солнце дооооолгое, как любовь..
Южное сердце греет озябшие вены…
И…. колесо сансары заводится вновь…

ОТРЕЗОК БОЛИ (цикл стихов)   27.02.2004
ЧИТАЙ

Господь,
Смотри на мои ладошки,
Рыдай, и
Читай их..
Я буду.
Я никуда не денусь.
В словах, и
В тайнах

Улицы, полные смога

дрожит девочка. думает, что боится его.
а он ведь не страшный - пальчиком горлышко. сладко ей.
и улицы, полные смога, в себе не родят ничего…
да, в этом «лесу» - ни томных прохожих, ни егерей…
поэты в окошках сидят и строчат фаустов.
и всякие там мефистофели-буффало-биллы
кидаются грязным тряпьем в девушек из-за кустов,
потом их истории станут практикой для дебилов.
так что же, девочка?! не передумала? боязно?
еще пара секунд - и карма разбита…
ведь улицы, полные смога, были несносными,
а все поэты освистаны и забыты…


юг-1

в городе, пахнущем морем
птицы свивают гнёзда,
томным взглядом в отелях
женщины жгут сердца

каким же таким горем,
каким таким «рано и поздно»
бродил ты со мною рядом,
не дав разглядеть лица

яблочным ветром пОверху
души в песок ложатся,
Гойя в своих полотнах
нашу любовь писал

снежной водой в ладонях ты
льёшься с меня сквозь пальцы.
сгину, исчезну в изгоях я
так, чтоб ты не узнал


на грани

А я - напиток смертельный,
Меня избегай, гурман.
Наркотик я. Все привыкают, только... зря они...
Я выжженная трава, я дым, вселенский туман.
И всё для меня - фигня,
Кроме жизни на грани...

ВОЗМОЖНО...

Наверное, каждую боль лечат надрывом,
И каждую радость ниже пояса бьют,
Спроси у меня, отчего я плАчу навзрыд, и
Возможно ты вспомнишь то, как меня зовут.

Такие большие крылья горят огнями,
Такие большие флёры* - камнем об пол,
Спроси у меня, о чем я кричу глазами,
Возможно, ты вспомнишь мой голос, душу и пол...

ТАК ДОЛГО…

Послать бы мнимые боли к черту
И взять бы ангела в проводники
Сомнения сжечь горячим пейотом
А нервы – корнем на дно реки,

Мне слишком хочется знать, что дальше –
Цыганка! Матом скажи судьбу!
Ответь, сегодня нет в мыслях каши?
Скажи, ведь правда я
не
умру
Так долго…


Мелодика (болевое…)

Она никогда не была молодой
Все было так быстро, что и не заметить.
Джинсы. Ром. Истеричный вой.
И сахар. И соль. И не могут быть дети…

И твердо, и шатко и много снов
Осознанных, и - вполне ощутимых.
Кошмары. Зима. Да и к чёрту любовь –
Везде маньяки… И нет любимых…

Любимые сгинули в пиве со льдом,
И стали морем с подводным теченьем.
И джинсы, и ром, и безжизненный дом –
Зовут на поиски тайных влечений

А с ним вдвоем так сладко лежать,
Зубами стучать о мартини в стакане,
А утром забыться, на облако встать,
И пофиг, что пульс.., и что слишком рано...

One

наверно я музыки слушаю мало,
а то, что сидит во мне, то непрочно,
разлей мое пиво на непорочный
на разум мой буйный, чтоб легче стало…

а видишь, со мною не заодно все!
я всем им чужая, я – одиночка.
и, ах, как хотелось исчезнуть вовсе,
но, ах, как хочется выстрелить в точку!

мое спиртное – ветреный воздух.
меня везет чья-то машина…
и песня моя застревает в горлах,
и танец мой тормозит шины…

и будут аварии на дорогах,
где мы с тобой друг с другом простились…
…я слишком одна, чтобы быть долго:
и души, и тайны, и вены…. вскрылись…


Настя

…а пятки твои, Настя, сам-то Париж ласкал,
И фото твои, Настя, он режиссировал…
А башня…, та, самая, Настя, - лишь подобие скал,
Стоит над тобой и спорит с твоими силами.

А силы твои, милая, тысячи-тысячи вольт,
Уверенность в них - максимум боли, веры в себя.
Мне жаль. Все время ты плачешь: тупая, ненужная боль.
Я помню, ты говорила: «нельзя же жить не любя»…

…так вот, Настя, пятки твои сам Париж ласкал,
Тебя облизал он со всех сторон, и - сладко ему…
Ты прыгай в любовь, Настя, как самоубийцы – со скал,
Скажи, а башня…, та самая, снится по-прежнему?


ПИТЕРСКИЙ БРЕД   28.11.2003
Ночью сухой, не темной
В Питере трудно заснуть
Цокают звонко трамваи
(Куда этот номер - не знаю!)
Хочу от тебя улизнуть -
Судьба потакает проворной

Около Черной речки
Начну по-собачьи выть
Ты же, ведь, вой не услышишь
(Спишь и в подушку дышишь)
Рядом плечам не быть
Cтавь отношениям свечку

Я убежала из дома
Воздух от Финского мокр
Ловко ловлю попутку
(Ехать всего-то минутку)
Мчусь в заброшенный двор
...И ..выхожу из комы

Вспышка, вторая, третья
Свет! Очнулась! - кричат
Что? Наступила на гнома?
(Покуда шаталась вне дома)
Гном превращает в волчат
Тех, кто жует междометья

Чудятся в дреме кинжалы
Нужно очнуться скорей
Что это было? Странно
(Типа небесной манны)
Видишь, я стала живей
Когда от тебя сбежала

Питер...

НАСТЯ   17.11.2003
Для А.Б.

…а пятки твои, Настя, сам-то Париж ласкал,
И фото твои, Настя, он режиссировал…
А башня…, та, самая, Настя, - лишь подобие скал,
Стоит над тобой и спорит с твоими силами.

А силы твои, милая, тысячи-тысячи вольт,
Уверенность в них - максимум боли, веры в себя.
Мне жаль. Все время ты плачешь: тупая, ненужная боль.
Я помню, ты говорила: «нельзя же жить не любя»…

…так вот, Настя, пятки твои сам Париж ласкал,
Тебя облизал он со всех сторон, и - сладко ему…
Ты прыгай в любовь, Настя, как самоубийцы – со скал,
Скажи, а башня…, та самая, снится по-прежнему?

Где рвётся…   17.11.2003
А шрам у неё на груди –
Сердце вынуто.
Храм у нее на ладошке -
Хрупкий, маленький,
И ей в город не выйти –
Ноги вымыты,
А пачкать не хочется,
И она аккуратненько
Откроет окошко, встанет
На ног пальчики
И танец станцует страшный,
Танец знаковый.
Она не боится смерти, как раньше –
Любви мальчиков,
И щёки её горят
лепестком маковым.
А музыка храма её летит
Во все города:
Из топи столичной – к морю,
К подъюжным заводям,
Сквозь страх смерти, ко звонким
Самым тонким местам,
Где рвётся…
…………………………………
…………………………………


б е з у м н о е р о д н о е   17.11.2003
Запах моря – соль, и соль, и соль:
Камни и медузы промеж пальцев.
Я, мой сладкий, вовсе не Ассоль,
Прирасту ведь, и не оторваться!

Пристращусь, приклеюсь кожей. Боль
Будет сильной, если рвать надвое.
Режь меня, хоть поперек, хоть вдоль
Я – твоё, б е з у м н о е р о д н о е

Стану свечкой, греющим огнем,
Стану сердцем, и на сердце меткой,
Прирасту, пристыну каждым днем,
Каждою своей живою клеткой..

..отпущу. Я всё. Я всё могу.
Я – твой кров, твоё «memento mori»*!
Вознесу, запомню, сберегу…
Пей меня. Я море, море, море.




ФОНАРИ   17.11.2003
поздним июльским утром, очнувшись на южном вокзале
попробуй забыть меня, как я забываю детство
поезд приходит в десять
стоянка минуты три
не плачь
свет не погас...
еще фонари...
гори

ФРАНЦУЗСКАЯ ГАРМОШКА   17.11.2003
Давай, ты будешь играть на французской гармошке,
А я – ловить монеты и кашлять в варежку
На главной площади мира, у бога в ладошке
Потонем с тобою, как тонут в фонтанах камушки.
Нам будет холодно, да и гармошка – рваная,
И юбка моя – в дырах после того, как… Помнишь?
С тех пор я совсем дурная, как будто пьяная
А ты все время молчишь. Иногда бредишь. Ночью.
Такие хранители нам с тобою достались:
Безумные, пьяные, голые и бездомные.
Наверно, я вру тебе, что никогда не боялась,
Я вру, я бравирую, и бросаю взгляды нескромные
На всех прохожих всякого пола, и даже на ангелов,
А ты играй, играй на французской гармошке!
Твоя малышка сдохнет, плевав на правила,
В такт, во время пения, прямо у бога в ладошке…