Андрей Борейко
Тать


половицы трескучи. я – тать в ночи,
увлечен как любовник своей татьбой,
на бедре позвякивают ключи
от чуланов глухих за печной трубой.

да и нешто не знает любой дурак,
что чуланы те ломятся от добра?
проведешь рукой – паутина, мрак,
но потемки – исподнее для вора.

мне потемки – что мамки родной подол,
или бабы моей сумасшедший глаз.
истопник бумагу сует в подзол,
я же – тело свое в подзаборный лаз.

я же сам как свечка, хоть нет огня,
хоть погашен окурком, ушел в распыл,
но еще проедусь, мошной звеня,
мимо тех трущоб, где болел и стыл.

накажу купчину, чтоб знал чурбан,
что не всё купаться ему в меду,
что не век брюхатить капустой жбан,
не сбеднеет авось, не впадет в нужду.

………………………………………………

колотушками ходит от страха кость,
мне с овчинку небо и воздух мал.
в доме вора застал именитый гость,
как пальнул… в осколках себя узнал.


21 октября 2000 г.

02.04.2002