Давид Паташинский
Где живу



Белье в корзину брала, не знала того орла,
на грудь брала, не знала, что портвейн свят,
милый все смотрел на тебя из своего угла,
в глазах его алый стяг,
дорогой наблюдал за тобой всерьез,
из бедра, из моря длин, глубины колен,
уходил, раскачиваясь, как пьяный матрос,
звали его Верлен.

Корабль мой стоял на семи гвоздях,
краб бежал посуху босиком,
так с тобой и расстанемся вскоростях,
только не играй цыганочку каблуком,

не слушай моих вчерашних случайных слез,
сегодняшних я тебе и так не скажу,
а завтра небо порвется на звон стрекоз,
на их обручальное лиссажу.



Спросишь меня, где я зарыл пса,
где собака моя молчания в три ручья,
где та самая, прощальная полоса,
о которую бьются головы дурачья,

дом наш, дом наш, ты помнишь, первый,
вербы кистей прожитых в нем картин,
на холсте окна воздуха пьяный цербер,
поцелуя немеющий карантин,

гудели волны водопроводных линий,
электричество разделилось на плюс и пляс,
глаза наши светились сильнее лилий,
стены, синея, утром смотрели в нас,

фотографии бабочек и пейзажей
летели, разъединяя ткань позолот,
сурик дружил с охрой, но бредил сажей,
к стеклу прижимая больной лоб,

утро вечера мудренее,
звезды отражаются в пене дней,
оставаясь с нею, останься с нею,
только ночь становится все сильней.

Зерно в землю, вот вам и вся наука,
люди, как я вас раньше не замечал,
все приходили, хотя я не слышал стука,
в глазах ваших горит печаль,

в глазах ваших тлеет надежда,
кипит совесть, расходятся матовые круги,
в деньгах преобладает решка,
в еде праздничные пироги,
в карманах вы носите крошку хлеба,
галстуки развеваются ковылем.

Зерно в землю, земля станет живой, как небо,
и мы запоем.


9 июня 2006